Век магии и пара. Книга 4. Лейтенант

За три месяца службы нечасто выдавалось время поболтать по душам, а когда выдавалось, я предпочитал либо молчать, либо обходить стороной вопросы, касающиеся моего прошлого.

– Послушай, лейтенант, – сказал Максим. – А чего это ты никогда не рассказываешь о себе? Всё молчишь, да молчишь. Может, поведаешь что-нибудь сослуживцам, а?

– Ну как же, – возразил я, – я много рассказывал.

– Ну да, ну да. Якобы, тебя полиция преследовала за твои способности.

– И что тебя смущает? – спросил я. – Ты не веришь, что меня полиция пыталась поймать?

– Отчего же? Очень даже верю.

Вот только скрываешь ты что-то. По глазам вижу, скрываешь. Чем прежде занимался? И что-то мне подсказывает, что человека с такой силой, как у тебя, царь-батюшка с распростёртыми объятиями принял бы, да на службу пристроил. Разве нет?

– Сложнее всё, – ответил я. – Власти, кроме стихийников, никого не признают. Да и потом: думаешь, мне охота на этих царей ишачить? Нет, мне тут, например, куда больше нравится. Хоть вы и воюете постоянно, но зато – никаких бояр.

– Эт точно, – согласился Кузьма. – В жопу бояр. Житухи от них нет.

– А тебя кто-нибудь дома ждёт? – спросил Ахмед. – Семья есть?

– Семьи пока нет. Девушка ждёт, – ответил я.

– Ого! А он ещё молчит! – воскликнул Кузьма. – Фото есть? А ну показывай.

– Нету, – развёл я руками. – Не было возможности сфоткать.

– Ну что ж ты так? – укоризненно покачал головой Максим.

Про то, что меня ждёт не одна, а две девушки, я сообщать не стал – обзавидуются. Впрочем, наши отношения с Катрин до сих пор оставались неопределёнными.

По приезде в Александрию нам даже ни разу поговорить не удалось наедине. Таня меня к ней ужасно ревновала, и я не знал, что делать.

А спустя неделю после того, как мы обосновались на новом месте, я уехал на фронт, и проблема на некоторое время утратила свою актуальность. Таня всячески отговаривала меня, но я был непреклонен: требовались деньги, и я решил заработать тем, что умею. К тому же солдатам, владеющим чарами, полагалась существенная надбавка, так что я даже раздумывать не стал, когда узнал о такой возможности.

Поняв, что переубедить меня не получится, Таня стала напрашиваться со мной на фронт, да и Катрин тоже выразила решимость ехать воевать. Но на это я не согласился. Убедил Таню устроиться на работу в местную больницу: в провинции как раз не хватало врачей. А Катрин должна была охранять дом и Таню.

С Лизой мы разминулись ещё в первый день, как прилетели в Александрию. Наш дирижабль приземлился в Саус-Энфилде.