Рукопись первая: Звон Хрусталя

- Что высматриваете, капитан? – с улыбкой спросил Круций, поднявшись на нос корабля и встав позади Меркурия. Тот вытянул руку и указал вперед.

- Видите птицу?

Торговец вгляделся в туман. На мгновение над водой показалась крупная светлая птица, пролетевшая мимо корабля в обратную сторону.

- Да, теперь вижу. Чайка?

Капитан развернулся, и его черные кудри всколыхнул ветер. На губах виднелась ухмылка.

- Ох, хорошо бы она! Но нет, господин Круций, это не чайка, а буревестник. Вы заметили, верхняя часть его тела немного темнее? И летел он явно к берегу.

Ну, а уж если буревестник бежит из моря, значит, буря ожидается знатная… Дербет! – вдруг громыхнул его голос. – Бери влево!

Штурвал закрутился, и шлюп резко накренился, огибая очередную скалу. Капитан пригнулся, крепко стоя на своих двух, а вот торговца отбросило к левому краю, где он судорожно схватился за кренящийся борт. Ястреб пронзительно гаркнул по-птичьи и взмыл вверх. У старпома, которого звали Дербетом, напряглись мускулы, и на лбу выступили капельки пота.

Скала проплыла мимо. Обошлось.

Бурю выслеживал не только капитан. Один из младших матросов забрался на рею фок-мачты, и, прищурив левый глаз, смотрел в подзорную трубу. Увлекательное, должно быть, зрелище, учитывая, что ничего кроме неба да морских облаков он увидеть не мог даже сверху. При каждом крене он ловко цеплялся за мачту, да так, что его оттуда было не отодрать. Как спускаться-то будет?

Волны заметно увеличились, как и сила ветра, дующего в лицо.

- Знаете ли вы лучшую из морских примет, господин торговец? – обратился Меркурий к Круцию, который уже отлепился от борта и вновь встал рядом.

- Что за примета? – вежливо поинтересовался новоиспеченный торговец. – Вы про буревестника?

- Про буревестника это так, слухи. А вот если чайка летит задом вперед, значит, поднимается знатный шторм! – Капитан хохотнул и, утерев усы, на которые попали соленые брызги, продолжил наблюдать за морем.

Торговец вынужденно улыбнулся грубоватому морскому юмору.

Проследив за взглядом капитана, он поднял голову к небу. Маленькая, белая, еле заметная на фоне белых гор птичка-буревестник аккуратно планировала, ведомая воздушным потоком. Она была практически невидима, и только ястреб приветственно крикнул, встречая сородича. Птичка, снизившись, села на руку Меркурию.

- Что-то важное? - обратился к мужчине торговец. Этот буревестник был явно не предвестником шторма. Снежный буревестник принес письмо.