Записки колдуна

— Ты сам ей можешь помочь,– проговорил он покровительственно бархатистым голосом,– твой экстренный мешочек при тебе, как я вижу. Достань из него пузырек с жидкостью.– Я вынул пузырек.– О, я вижу, ты ее отпил,– теперь надейся, что оставшейся микстуры хватит, и она сработает. Тебе придется сделать выбор: или ты спасешь ее, или используешь, чтобы вернуть память,– сказал он. Я, не задумываясь, открыл пузырек и поднес ко рту Маэль.

— Стой,– вскричал Бенедикт, но я продолжил с непоколебимой уверенностью.– Сначала надо было прочитать заклинание «куратио» в руку с пузырьком,– с досадой договорил он, когда я уже вылил весь пузырек ей в рот.

Маэль едва держалась. Я опустил голову ей на грудь и сомкнул руки у нее за спиной. Ее обмякшее тело не шелохнулось, ни один мускул не дрогнул. Над головой полыхнуло яркое зеленое пламя, отбросившее тень на землю, похожую на ангела, а затем чья-то грубая рука схватила меня за плечо и с силой оттолкнула в сторону. Бенедикт влил в рот умирающей Маэль точно такой же пузырек с голубоватой жидкостью.

— Спасибо, спасибо тебе, ты спас ей жизнь.

— Подожди,– отстранился он.– Ничего не произошло.

Я посмотрел на тело своей подруги, которое лежало без движения, без дыхания.

— Слишком поздно, мальчик мой,– голосом полным сочувствия произнес он.

— Не-е-ет,– от отчаяния хотелось выть. Я упал на колени и обхватил Маэль за плечи и еле слышно сказал: нет, пожалуйста, Маэль, очнись же.

— Мне жаль,– Бенедикт похлопал меня по лопатке.

— Почему не сработало?– Вскричал я, отбрасывая руку старика,– почему она умирает?

— Не все подвластно нашим желаниям,– спокойно ответил он.

— Если бы ты сразу дал ей свой пузырек, она бы выжила, ты опоздал!– Ярость охватывала мой разум, а тело было словно охвачено пламенем. Праведным благодатным огнем ярости, который я метнул в этого неизвестно откуда взявшегося старца.– Ты убил ее, ты дал ей умереть.– Я метал в него огненные шары один за другим, но он легко парировал мою магию.

— Успокойся, Эрик! Возьми себя в руки.

— Я устал держать себя в руках, все равно все выскальзывает и разбивается о землю,– я подбирался все ближе и ближе с каждым шаром, пока не оказался на расстоянии прыжка до него. Я выхватил клинок и бросился вперед, целясь точно в живот незнакомцу.

Для старика он неожиданно легко отвел удар и оказался на недосягаемом расстоянии.

— Разве ты не видишь? Я не враг тебе, остынь, Эрик.