Шут

- Так вы тоже обладаете даром? Должен сказать, не ожидал этого. – Я всё же прошёл в глубь зала и сел напротив Такаги-сана, сложив ноги так же, как это делал он.

- Вы, Оракулы, как магнит - тянете к себе людей со способностями. Думаю, многие твои бывшие знакомые не являются людьми.

- Те, кто выжил, - в душе вновь началось бурление – пауки чувств зашевелили маленькими мохнатыми лапками.

- Ты прав. А я сразу понял, что ты необычен, но не признал Оракула. Даже не представляю, как тебе тяжело.

- Да, нелегко видеть смерть человека, пусть и чужого.

Наверное, я никогда к этому не привыкну. – Такаги-сан вздохнул.

- Не чужих. Пока ты видишь только смерти тех, с кем встречался хотя бы раз. Может - мельком, может - давно забыл об их существовании.

- А вы неплохо осведомлены о моих способностях, - я приложил усилие, выбросив противных членистоногих из разума. – Тогда, может, ответите на другой вопрос?

- По мере своих возможностей, Шут. – Новый взмах руками, очередная волна воздуха, на этот раз холодная.

- Я стал видеть во снах своё прошлое. Это никак не связано с моим даром?

- Связано. Чтобы зрить в будущее, нужно проститься с прошлым. А этого сделать ты не можешь, пока не простишь себя.

- Спасибо, учитель. – Я вновь смиренно склонился.

- Шут, сегодня, думаю, нам стоит увидеть, на что ты способен. Я хочу знать, многое ли изменилось с нашей последней встречи. – Такаги-сан встал и наконец открыл глаза.

- Я ожидал этого, Мастер. – Ладонь легла на рукоять катаны, захваченной в комнате.

Учитель взял меч, лежавший перед ним на татами, плавно извлёк его из ножен, нежно провёл ладонью по лезвию.

- Ты расстроил меня, Артём, очень расстроил. Тебе так и не удалось понять, что главным уроком, который я пытался преподать был один из первых. Никто не смеет отнимать человеческую жизнь. Не могу винить тебя, тебе приходится. Виню себя за то, что не всему научил. К бою, ученик. – Такаги-сан, был абсолютно спокоен, как, впрочем, и я.

У меня нет шансов. Да, мой организм стал крепче с тех времён. Да, я смог узнать много нового и отточить старое, но этот человек был слишком искусен. Именно искусен. Не силён. Сила не является показателем, она всегда проигрывает мастерству.

Учитель закрыл глаза, а я не стал медлить - нанёс рубящий сверху, от которого Такаги-сан легко уклоняется, всё так же держа веки сомкнутыми. Мастер мягко переводит свой меч вправо, а оттуда – в мой корпус.