Гардар 4

Так что я лишь кивнул, подтверждая: гость запомнил моё имя верно. А он сорвал, взметая облако красной пыли, шляпу и, прижав её к груди, чуть опустил подбородок, представляясь:

— Ильмар, искатель Воздуха, Эфира и Жизни.

Я обратил внимание, что представился он без второго имени. Обиделся, действительно решил, что я ткнул его в лицо приставкой к имени и заслугами? Зря. Каждому своё. У него талант, данный при рождении: три стихии в редком сочетании. К тому же из того, что я знаю, окончить третью ступень обучения уже искателем — редкий случай.

А жезл говорит об этом однозначно. Окажись Ильмар на землях Зелона, то быстро бы получил именование «де». Или... Я даже вздрогнул от пришедшей в голову мысли. Или остался бы ледяной скульптурой в охранении архимагов на улице Кеура. Как все старшие маги первой фемы.

Наверное, я не удержал мысли и эмоции в узде, позволив им проявиться на лице, потому что черты Ильмара заледенели, он склонил голову и, глядя на меня исподлобья, отрывисто бросил:

— Что?

Я примиряюще поднял ладони:

— Прости.

Неприятные воспоминания мелькнули. У нас в армии последнее время было тяжело со старшими магами. Там...

Запнувшись, задумался: едва не сказал «там, наверху», собираясь указать на шар планеты, что висел в фиолетовом небе. Но разве это не иллюзия, призрачная картина созданного пласта Астрала? Как же мне сказать о Гардаре? Внизу? Ведь вчера Страж Гравой сказал, что камень под ногами — это «кости» Артилиса. Позади? В материальном мире? Но Ильмар, услышав моё объяснение, оттаял лицом и, не дожидаясь, пока я разберусь в своих мыслях, опередил, понимающе протянув:

— Да, слышал, вы в Гардаре повеселились и устроили неплохую взбучку зелонцам.

Если он думал, что успокоит меня, то ошибался. Скулы свело от воспоминаний.

Вот под стенами Пеленора бушует море химер, а позже ветер рвёт покрывала на сотнях сложенных вдоль дороги тел. Вот в небе лопается струна, и первая рота третьей превращается в ледяные скульптуры. А здесь Вид с рыком срубает башку химере, но огромная тварь даже мёртвая пробивает ему горжет и шею лапой-клинком и утягивает за собой со стены.

Тлеет Светляк в ладони, заставляя решётки камер расчерчивать квадратами гнилую солому и подопытных Равра.

Да. Повеселились.

Ильмар тряхнул головой, расчесал длинные, волнистые волосы пятернёй, вытряхивая из них пыль, вздохнул:

— Отправляясь сюда, я думал, что наконец проявлю себя, принесу пользу Гардару и Создательнице.