Аспирра: таланты Мудреца

Тем временем Лука доковылял до Гунна и остановился, беспокойно озираясь по сторонам. Остроты незнакомцев его мало волновали. Заметив коней, привязанных к импровизированному стойлу, он уставился на них огромными глазами.

— Лошади… У вас есть лошади! — удивленно пробурчал он себе под нос. Это были первые слова, что Лука произнес после посиделок у валуна.

— А где твоя лошадь? — спросил ерруанец. Больше для того, чтобы разговорить чужака, а не из интереса.

— Никогда не было.

— Никогда?

— Никогда, — растерянно повторил Лука.

— Там, где я вырос, лошади считаются роскошью. А если быть точнее — редким деликатесом. В нашем селе их едят.

Брови Гунна медленно поползли вверх.

— Вот оно как. — Он махнул рукой и поманил чужака за собой: — Пойдем, расскажешь мне еще что-нибудь, пока я осматриваю твои раны.

— Гунн! — Вновь от костра послышался игривый женский голосок. — А я лампады у тебя в шатре зажгла! Все как ты любишь!

— Позже, Ханри! Не сейчас! — отмахнулся тот.

— О-о-о… — затянул Лохарр, придумывая новую шутку.

— Ханри, тебя, кажется, только что променяли на нового любовничка!

И вновь всеобщий гогот разлетелся эхом по поляне. Смеялись все. За исключением Кормарка.

Гунн отодвинул полог и пропустил в шатер Луку, с кривой ухмылкой оглядев веселящуюся компанию. Не иначе, в их голосах клокотала брага, доставшаяся им после недавнего набега. Завтра с утра он явно недосчитается нескольких кожаных фляг.

— Раздевайся, — буркнул Гунн чужаку. — А я пока все подготовлю.

Ханри не соврала: лампады действительно горели. И стояли они по кругу, как он любил, не говоря уж про дымящиеся благовония возле входа. Но сегодня свет ему понадобится не для утоления плотских желаний, а для более важных дел.

Пока Лука молча стягивал с себя окровавленные тряпки, Гунн доставал необходимые инструменты из поклажи: стальные щипцы, ножницы-зажимы, шелковые нити, иглы, припарки, мази и свежие бинты.

Конечно, Гунну было далеко до настоящего врачевателя. Он не обладал нужным грузом знаний, не перенимал опыта у других лекарей, не учился за умными книжками, но практики у него было хоть отбавляй.

Ведь только так можно было спасти жизнь членам своей новоявленной Семьи, которые так и норовили подставиться под стрелу или удар меча, под клыки дикого кабана или когти медведя, — людям вроде Лохарра.

Гунн разве что умел хорошо варить отвары и делать полезные обезболивающие мази. Пожалуй, именно за это его здесь и ценили.