«Против течения - 1»

Не заставляй нас делать это, Олына!

Её пробрала сильная дрожь, но она не сдвинулась с места.

Толпа вновь зароптала.

– Да будет так, – усмехнулся Дьягус и, обернувшись к соплеменникам, вскинул руку: – Олына предала наш род! За это последует наказание.

– Нет! – крикнул Торио и вышел к вождю.

Его спину прикрывали товарищи. Только сейчас Олына заметила, что в руках у них толстые палки и камни. Она часто заморгала, скрывая слёзы благодарности – Торио вышел защитить её! После смерти мужа никто за Олыну не заступался; даже когда на совете старейшин приняли решение переселить её в более сырую пещеру, сказав, что теперь, когда у неё не осталось семьи, прежняя пещера ей слишком велика.

Дьягус посмотрел на Торио, скользнул взглядом по оружию в руках его людей. Губы вождя искривила усмешка.

– Что это ты, Торио? – спросил он. – Почему кричишь? А ты, Осва? Зачем взял палку? Боги запретили нам входить в Реку, ибо она есть зло. Боги сказали нам отдавать Реке своих мертвецов. Или вы хотите пойти против богов и взять зло в обличии младенца?

Тот, кого звали Осва, опустил палку и неуверенно взглянул на Торио.

– Ты лжёшь нам! – отчётливо произнёс Торио и, вскинув голову, обвёл островитян горящими от гнева глазами: – Он лжёт нам! Расскажи нам, Дьягус, как ты нарушил запрет богов и вошёл в Реку!

Соплеменники удивлённо воззрились на вождя.

– Что ты несёшь? – взвился он.

– Я видел, как ты заходил в Реку и встречался между стенами с Великим Хранителем Элсара, – сказал Торио. – Это случилось после того, как мы нашли в пещерах залежи огневиков.

Потом был праздник, после которого все быстро и странно уснули. Все, кроме меня и Гомона. (Он указал на воинственно сжавшего в кулаке большой камень островитянина). Мы в тот день отказались пить и видели, как ты…

Один из островитян, что защищали Дьягуса, сбросил хламиду и остался в одной набедренной повязке; в руках у него оказалась спрятанная под хламидой цепь с тяжёлым шаром на конце. Островитянин завертел ею так, что она со свистом разрезала воздух.

Торио отшатнулся назад. Гомон не успел увернуться, и тяжёлый шар тут же с глухим стуком ударил его по шее. Островитянин рухнул, как подкошенный, и больше не шевелился. По камням потекла кровь. Это послужило сигналом к драке. Со всех сторон раздались крики:

– Бей предателей!

– Бей мятежников!

И мужчины, и женщины сшиблись в кучу, в воздухе замелькали палки, камни, раздались стоны боли. Пользуясь общей сумятицей, Олына побежала с корзиной в пещеру.