Пламя Огнедола

— Знаешь, как говорят: не умеешь — не берись, — снова зазвучал знакомый голос. Издевка в нем смешалась с презрением, приобрела нотки насмешливой жалости. — Так и быть, я дам тебе еще один шанс.

Парень поболтал остатками сока в бумажном пакете и бросил в спину согнувшегося перед ним мальчишки. Ветер вновь взметнул пыль, но пакет угодил точно в цель.

— Хватит задирать его, — тень Кирая выросла в переулке, упала на спины троицы.

— Шел бы ты своей дорогой и не лез бы не в свое..., — оборачиваясь, один из них запнулся на полуслове, смерил помешавшего им прохожего недоброжелательным взглядом.

— Подожди-ка, — одернул товарища белобрысый парень с вытянутым узким лицом. — Кирай, ты ли это? Ха, да это же Кирай, точно говорю! Вы что, не узнали?

Глянув на остальных, задира понял, что не только он узнал соседского мальчишку, которому не раз доставалось от них за его щуплый вид и забитый взгляд. Что ни говори, а стоящий перед ними широкоплечий парень с крепким торсом и задатками будущего верзилы мало походил на их старого знакомого.

— А ты подрос немного, Кирай, — заметил узколицый. — Мы думали, тебя таки утащил в свою нору крысопес. Многовато их по подвалам раньше лазило. Куда ты пропал?

— Оставьте парня в покое, — Кирай не оценил гнилых улыбок троицы.

Он глядел хмуро, по давней привычке пряча глаза за отросшими волосами. Встреча со старыми знакомыми посеяла в груди давящее чувство, рожденное из, казалось, забытых обид и злости.

— Этого что ль? — узколицый обернулся, с отвращением глянул на сжавшегося в комок мальчишку.

Задира ухмыльнулся. Четвертый хулиган, который должен был стоять на страже и куда-то запропастился в самый неподходящий момент, теперь появился за спиной Кирая, сжимая в потной ладони деревянную штакету. Недолго думая, он размахнулся, метя по спине нежелательного свидетеля их забав.

Дерево встретилось с выставленным предплечьем и сухо треснуло. Отлетевшая щепка угодила в глаз нападавшему и тот, выронив свое оружие, отшатнулся, начал тереть пальцами заслезившуюся глазницу.

— Чтобы тебя хасс сожрал, да ты церковник! — ошарашенный не меньше остальных, узколицый попятился. — Что такое, Кирай, был настолько бестолков, что не нашел ничего лучше, как стать обращенным? Проклятый везунчик! Пошли отсюда, парни, что-то мне расхотелось руки марать.

Сходу оценив расклад сил, узколицый ретировался вместе со своей шайкой.