Пламя Огнедола

Когда они отъехали достаточно, Кирай поймал момент и поравнялся с Лимусом на небольшой поляне. Присутствие Дары его не смущало — так или иначе, но командир узнает, если уже не узнал, об одолевающем его непонимании.

— Мне казалось Второй советник, бывший Второй советник, отправится с нами. Даже в свои годы, я уверен, он сильнее всех известных мне церковников. Не могу поверить, что ему совсем нет дела до будущего Огнедола.

— Вот и не верь, — Лимус ухмыльнулся. — Я обошел округу на рассвете. Заметил и радиоантенны и спрятанное в амбаре оружие.

Он не прячется здесь, а охраняет что-то.

Прогалина кончилась, и Кирай был вынужден вернуться в хвост, разбираться со словами друга в одиночку.

Отряд двигался строго на восток и уже после полудня выехал на просторные, отведенные под выпас скота поля. На покатых берегах небольшого озера виднелись пятнистые спины коров.

— Нужно немедленно передать всю полученную информацию в штаб и скоординировать дальнейшие действия с Каюрой, — Гериал придержал рвущегося в галоп хасра.

Повернув на юг, где виднелись крыши деревни в сотню домов, он зарыл пятки в теплый мех, давая волю выпрашивающему скачку зверю. Пригнувшись к шеям хасров, егеря последовали за командиром.

* * *

Они появились, когда стрелка рыночных часов Озерного отмерила пять вечера: четыре человека с завязанными на шеях золотистыми платками и торжествующим оскалом на загорелых лицах. Напав на возделывающего огород мага, они без колебаний казнили его под надрывный лай пса.

Ступив на территорию деревни, светочи встретились лицом к лицу со стражей, подоспевшей на крик женщины, что обнаружила супруга с прожженной грудью.

Они так и оставили их лежать посреди улицы на виду у жителей ближайших домов. Партия электрошокеров должна была прибыть в Озерное только через два дня.

Врываясь в незапертые двери, они требовали выдать им укротителей стихий и живущих в деревне церковников и вскоре шли к названным селянами домам. С седьмой смертью деревня утонула в собачьем лае и плаче детей.

— Стойте! Остановитесь! — светочи замерли, когда из соседнего двора выскочила женщина и, раскинув руки в стороны, встала на их пути. Ее голос дрожал, а взгляд так и норовил ускользнуть к дому, где, спрятавшись под кроватью и зажав уши, ее ждал пятилетний сын-маг. — Что же вы делаете?! Убиваете наших братьев, словно дикие звери! Мы один народ Огнедола, одумайтесь! Я неодаренная, но не желаю смерти ни магам, ни церковникам.