Сказание о Герое

Во время сватовства Тавия решительно отвергла остальных женихов, и теперь у нас отдельный дом около святилища, а я распрощался с идеей продолжить дело отца. Ведь мужу Жрицы положено защищать её своим мечом, а не полоть грядки и пахать землю.

Я вздохнул. Всё это происходило слишком быстро, чтобы привыкнуть.

– Прости, Тавия.

Одеяло не отреагировало.

– Я не это имел в виду.

Печь продолжала молчать.

– Днём сходим в лес, хорошо?

Белобрысая голова медленно высунулась наружу. Тавия снова внимательно смотрела на меня тёмно-зелёными глазами.

– Обещаешь? Отец ведь запретил уходить из Картора в День Назначения…

– Я живу не с твоим отцом. А желание жены для меня закон. Но если отморозишь голову, сама виновата.

Девушка легко рассмеялась.

– Отогреюсь, спасибо твоим дровам. Иди поспи, вижу, как ты яростно зеваешь.

Я снова вздохнул, поднимаясь со скамьи. Скорее бы весна…

*****

Снег поскрипывал под подошвами сапог и переливался в лучах высокого полуденного солнца. Лес стоял стеной, голые стволы уходили в небо, раскидывая ветви уже на приличной высоте.

– Знаешь… я ни капельки не устала…

Я обернулся. Тавия прислонилась к дереву, стянув шапку и вытирая пот со лба.

– Зачем тебе вообще этот лес? – я покачал головой. – Скучно лежать на печи?

Она отдышалась и подняла глаза.

– Во-первых, туда ходишь ты. Жена ведь должна знать, куда ходит муж.

Я хмыкнул, но девушка продолжила:

– А во-вторых, сегодня День Назначения.

– Он твой отец, – я задумчиво погладил дерево. Тонкий ствол был шершавым и ребристым, чуть выше моей руки из трещины проступила капелька смолы. – Тебя и так не выберут. К тому же я не слышал, чтобы Героем стала девушка.

Тавия насупилась и упёрла руки в бока.

– Значит буду первой! Если буду сильной, то докажу отцу, что достойна! – её уверенный звонкий голос разнёсся по всему лесу.

– Для этого не нужно идти со мной, – я поправил шарф и выдохнул, белесое облачко растаяло в воздухе.

Что-то шевельнулось в сугробе неподалёку. Я не успел выхватить лук, как из снега выскочил белый волк и кинулся на меня. Будь у меня в запасе ещё хотя бы метр, то нож из сапога распорол бы зверю брюхо. Но волк поджидал в засаде слишком близко и намертво впился мне в правую руку, заставив выронить короткое лезвие на пушистый снег.