Тень Буревестника. Часть 3

 

Пленник издал несколько невнятных хрипов, после чего уронил голову на грудь. Леон попытался его растолкать, но безуспешно. Юноша почувствовал жуткую неловкость, ему пришлось бороться с желанием бросить дурную затею и вернуться в тёплые и чистые покои. Несмотря на вонь темницы, недавно опорожнённый желудок дал о себе знать жалобным урчанием. 

Этот едва живой человек явно страдал. И поделом. Но всё же Леон испытывал вину перед пленником. Ведь именно ему предстояло снять эту голову с плеч. Интересно, что думает и чувствует осуждённый, понимая, что вскоре умрёт? Каково ему переживать последнюю ночь и встречать рассвет, зная, что он знаменует собой гибель? Леон даже не мог представить, что испытывает пленник.

Впрочем, тот вообще ничего не чувствовал и не испытывал, обессилев от жажды и голода. 

 «Проклятье… Он ведь пока ещё жив! И остаётся человеком…»

Пылая праведным гневом, Леон вылетел из камеры и вернулся по коридору в главное помещение, где были надзиратели. 

– Когда пленника кормили в последний раз? 

– Прошлым вечером, – бросил один, даже не повернувшись.

 

– Что-то не похоже… Он даже головы поднять не в силах! 

– Бросьте вы, ваша милость, – буркнул, уткнувшись носом замусоленные в карты, второй. – Он просто притворяется. Знаю я этих хитрюг… На что угодно пойдут, дармоеды, лишь бы выклянчить лишний сухарь и глоток воды. 

– Лишний сухарь?! – рыкнул юноша. – Да пленник до утра не доживёт, если его так оставить! 

– Доживёт, никуда не денется.

Уж поверьте! Он здесь всего-то несколько дней, ещё даже вольный жирок не скинул. Люди – они ж как тараканы: сколько голодом ни мори, а чем поживиться – всё равно найдут.

– Пленники тоже люди. И заслуживают человеческого отношения. 

– А мы что, разве вашего дражайшего пленника как-то мучаем? Иглы под пальцы не загоняем, на дыбе не растягиваем. Подумаешь, пить хочет. А когда злодеяния всяческие чинил, не думал, что за это расплата будет? Вот-вот. Идите спать, ваша милость, не волнуйтесь.

До рассвета как-нибудь дотянет, а там уже и кормить не понадобится. Чего тратить еду и воду на голову, которая скоро останется без живота?

Мгновение спустя жестяная кружка, стоявшая на столе коменданта, врезалась смотрителю в затылок. Тот вскрикнул, выронил карты и схватился за ушибленное место. Затем ошалело уставился на окровавленные пальцы и повернулся к сыну герцога. 

– Вы… выродки бездушные! – прошипел побагровевший Леон.