Проклятие и искупление. Том 3. Единство

– Ерунды?! – опустив взгляд, юноша заметил перебинтованную руку и нахмурился еще больше. – Что случилось? Откуда эти раны?

– Всего лишь царапины, господин Кристар, – Оника повторяла заученные фразы, смотря в пол.

– Отвечай немедленно, Рони.

Оника едва сдержала улыбку. Маленькое подтверждение, что брат все же не вырос бесхребетным добряком и умел стоять на своем, не могло не радовать.

– Леция считает несправедливым, что не все так же безобразны, как она. И начать вершить справедливость она решила с меня.

– Ох, Рони, какой же я дурак, мне следовало послушать Зоревара.

– Вы напрасно так переживаете, господин Кристар, – Оника попыталась высвободить руку, но брат держал крепко. Она была готова к бурной реакции Кристара на раны, но сложившаяся ситуация начинала вызывать у нее напряжение.

– Я поговорю с Дораной. Подобное не должно происходить во дворце. Мне невероятно жаль, что с тобой случилось такое. Я возьму у лекаря целебные мази для твоих порезов.

Пристальный взгляд Кристара с прибавившимся к нему молчанием заставил Онику почувствовать себя неуютно. Она привыкла к тому, что все вокруг не выдерживают внимания ее глаз, и часто пользовалась этим, но теперь сама попалась на тот же трюк.

– Рони, я все ждал удобного случая, и совсем нелепо выходит, что он подвернулся из-за столь печальных обстоятельств, – ладонь юноши коснулась здоровой щеки Оники. – Чтобы не случилось, ты останешься для меня самой прекрасной девушкой во всем Берилоне.

Оника отшатнулась, задев и уронив стул, стоило губам Кристара коснуться ее губ.

В то же мгновение двери распахнулись, и внутрь, молниеносно отреагировав на шум, ворвались церковники.

– Все в порядке, – ошеломленный реакцией девушки Кристар с трудом натянул безмятежную улыбку. – Всего лишь стулопадение. 

Стражу не удовлетворил его ответ, и, пока один остался стоять на месте, второй принялся изучать спальню и прилегающую к ней ванную. Воспользовавшись выигранным временем, Оника торопливо расставила на столе тарелки.

«Идиотка!» – спеша поскорее удалиться от покоев Кристара, Оника корила себя за слепоту и беспечность. Счастливая, что брат жив и здоров, она не подумала, как ее внимание и заботу воспримет девятнадцатилетний юноша, даже не подозревающий об их родстве.