Проклятие и искупление. Том 3. Единство

Это все сила привычки, – Кристар потер освобожденные запястья. – Я уж думал – мне конец.

– Так и было бы, не успей я отвести стрелу.

– Забавно бы вышло, если бы на этот раз ты пристрелил меня, – непонимание на лице Люфира и воспоминание о том, как в ином витке событий погибла Оника, настроили Кристара на серьезный лад. – Я же ранил тебя! Прости, если бы я только знал…

– Не стоит извинений. Ногу я залечил, – Люфир запнулся. 

Кристар пробыл без сознания около двух часов, и за все это время лучник не почувствовал признаков слабости и теперь надеялся, что Мориусу достанет благородства не взимать плату за исцеление ран, нанесенных его же потомком.

– Ты уже открыл эти способности? И твой лук, я могу его увидеть?

Осведомленность Кристара и его неподдельный интерес смущали. Пока юноша разглядывал материализованное по его просьбе оружие, Люфир пытался понять, как ему стоит себя вести.

– Совсем забыл, – Люфир забормотал, и камни вокруг перестали мерцать. 

Перед глазами Кристара побелело, когда ощущение силы огня внезапно вернулось, словно выйдя из-за непроницаемой ширмы.

– Твоя сила голоса поразительна. Не знал, что ты можешь подавлять умения других магов, хотя да, это вполне возможно, – Кристар вспомнил об одном из Мастеров Республики, обладающем подобной способностью.

– В основном придумываю на ходу, – произносимые им фразы сбивали Люфира с толку. 

– Оника мне столько рассказывала – даже больше, наверное, чем следовало – что мне кажется, будто я знаю тебя долгие годы, – пояснил Кристар, заметив замешательство на его лице. 

– Что ты здесь делаешь и почему один? Где Оника? – Люфир решил отложить свое любопытство до лучших времен и задать лишь насущные вопросы.

Кристар помрачнел, а под его ребрами заныла болезненная тревога и паника, стоило ему осознать, сколько времени потеряно.

– Мы думали встретиться с отцом в Цитадели, но на нее напала целая орава потусторонних во главе с чудищем, плюющимся лавой. Нам удалось разобраться с ними, но все Смиренные, что остались в крепости, погибли. Был один, Ролант, – голос Кристара сделался тише, – его ранило еще до нашего прихода.