Проклятие и искупление. Том 3. Единство

Арнора бессильно обмякла в кресле, вперилась взглядом в невозмутимое лицо Ульена. Ментальный маг держался бесстрастно, как и всегда. От его напускного равнодушия у женщины сводило скулы, и возникало желание запустить в него стулом или, на худой конец, блюдом с фруктами.

– Продолжай. Я хочу послушать.

– Благодарю, госпожа Арнора, – Ульен учтиво склонил голову. – Вам известно, что я обязался верно служить вашей матери, а после и вам. А потому должен быть искренен, даже если мои слова огорчают вас.

Поэтому я с уверенностью заявляю: эта укротительница воды – наша наибольшая удача в деле Фардна.

– Ты спятил, – заметила Арнора и, поймав взгляд советника, помахала кистью, обещая не перебивать.

– Вы считаете девушку угрозой, но я вижу в ней прекрасную возможность привязать господина Кристара к вам еще больше. Прогнав ее сейчас, когда она все время блюла запрет использовать свои силы, вы вызовете непонимание и недовольство юного господина, тем более, когда он так благоволит горничной.

Впоследствии это приведет к тому, что Церковь станет для него оплотом несправедливости, и на этой почве он взрастит симпатию к магам. Пусть укротительница воды и дальше живет во дворце, ведь она ни разу не проявила себя с неподобающей стороны. 

– Что я слышу, – Арнора покачала головой. – Ты же был первым из всех, кто хотел избавиться от этого мага. И теперь защищаешь ее?!

– Я защищаю исключительно ваши интересы, моя госпожа. И движимый желанием уберечь вашу семью от тревог, я настоятельно советую вам скрепить отношения господина Кристара и этой девушки священным союзом.

Арнора одарила его коротким взглядом и засмеялась, не в силах сдержанно реагировать на предложенный абсурд.

– Ты выжил из ума, Ульен. Прости, это все моя вина. Я все время полагаюсь на тебя и не даю и дня отдыха. Это повредило твой рассудок. Я не могу отпустить тебя в отставку, но освободить от обязанностей на несколько недель просто обязана. Тебе нужно отдохнуть от дворцовых хлопот: езжай на восток, подыши океаном, очисти разум, – посмеиваясь, говорила Арнора.

– Я рад, что мои слова порадовали вас, но, похоже, вы не воспринимаете их всерьез, – Ульен оставался невозмутим, но поджатые губы, превратившиеся в едва различимую полоску, выдавали его неудовольствие насмешками Всевидящей Матери. – Никто не может предугадать, как повернется жизнь через год или через пять, и от чего будет зависеть ваше влияние.