Проклятие и искупление. Том 3. Единство

Только я не понимаю, зачем тебе…, – Фьорд выудил из кармана переплетенную шнурком и вложенную в потертую обложку из кожи стопку желтых листов и чехольчик на пуговице, в котором лежало мудреное устройство для письма, изготовленное из найденных в пещерах минералов.

– Тебе и не нужно понимать.

Люфир забрал принадлежности для письма и остановился у входа в Дом собраний, осмотрелся, решая, с чего же начать. Теперь Безвременье превратилось для него в гигантскую книгу, а стены зданий, лестничные пролеты и колонны – в ее страницы.

– Ну, конечно же, – проворчал Фьорд, искоса поглядывая на лучника. – И что ты теперь намерен делать? Хватит здесь стоять. Тебе лучше отдохнуть несколько дней.

– Мне начать слушать твои указки? – отстраненно спросил Люфир, чье внимание привлекла оказавшаяся совсем близко надпись: «…прославляя наши добродетели, мы…» – остальная часть фразы пряталась от взглядов на другой стороне колонны.

– В конце концов, я могу силой заставить тебя вернуться домой, – Фьорд и сам не сразу поверил, что смог сказать подобное лучнику.   

– Да неужели? – огненный маг нервно сглотнул, осознав, что пусть не сейчас, но после его слова еще аукнутся ему. – Ты, и правда, повредил голову.

Опираясь на трость, Люфир сдвинулся с места, стараясь не думать о долгом пути к постоялому двору, где их поселили. Ему была отвратительна сама мысль, что преодоление нескольких сотен метров теперь стало для него настоящим испытанием. Но еще больше не по себе ему было от того, что знай он раньше о последствиях своего целительства, все равно не поступил бы иначе.

– Погоди, разве ты не собирался...? А как же…, – Фьорд в недоумении смотрел на зажатый под мышкой лучника кожаный переплет дневника.

– Что? Ты прав, Фьорд. Немного отдыха не помешает.

Скрепя сердце, Фьорд направился следом, предчувствуя, что эти перемены гнева на милость не предвещают ничего хорошего.

На то, чтобы спуститься по паре лестниц и добраться с одного края улицы до другого, ушло больше получаса. Фьорд никак не комментировал частые передышки, которые делал Люфир, маскируя их за разглядыванием архитектуры зданий.