Проклятие и искупление. Том 3. Единство

– Чем ты можешь объяснить свой поступок?

– Цейра пренебрег возложенными на него задачами командира отряда и поставил под удар всех членов команды, предпочтя удовлетворить свои личные интересы. В результате его действий мой спутник получил ранение в бою с пещерным пауком, и его жизнь была поставлена под угрозу. 

– И поэтому ты счел дозволенным устроить в Убежище драку? – седые брови старика нависли над глазами двумя мохнатыми гусеницами.

– Только ведь и драки никакой не было, хе-хе, – до Люфира донесся шепот сидящих в первых рядах.

Молодые маги Убежища без устали обсуждали позорный проигрыш всем известного балагура Цейры. В помещении, служившем местом собраний и разрешения споров, была хорошая акустика, и язвительные шутки долетали до каждого присутствующего, среди которых был и Цейра, стискивающий зубы и перекатывающий желваки. 

– Но я вижу твоего товарища среди присутствующих, и он выглядит совершенно здоровым, – Волин заговорил громче, чтобы заглушить поднявшийся гул.

– Досточтимый Волин, – все обернулись на хрипловатый неровный голос Сааны, явившейся в душный Дом собраний в теплых башмаках и шали, намотанной поверх нескольких слоев одежды, – я могу подтвердить слова этого Смиренного. Я лично осматривала огненного мага и обнаружила множественные внутренние повреждения, с которыми юноша не прожил бы и дня.

– Тогда почему он все еще жив?

– Его раны зажили, – Люфир не хотел продолжать, но понимал, что так просто его не отпустят, а затягивать и без того долгое разбирательство не собирался. Каждая минута, проведенная стоя, давалась ему с трудом: добравшись до Дома собраний, где было назначено разбирательство по его делу, он отдал Фьорду трость, без которой тело могло в любой момент предать его, сделай он один неосторожный шаг.

Волин вздохнул и опустил глаза на протокол собрания, который сам же и вел, зная, что на этот раз никакие слова не заглушат поднявшуюся бурю, пока присутствующие сами не утихнут. Старику были известны ответы на каждый из вопросов, заданных им сегодня, но законы Убежища обязывали его устроить общественное слушание.

– Ты заявляешь, что наделен силой излечивать других?

– Можно и так сказать.