Мир без огня

На улице я, по крайней мере, был свободен. И не видел каждый день лицемерные хари. Многие мои товарищи по приюту, не раздумывая, согласились бы на такую замену, но не я. И, уверен, не Галахад. Как бы я его не ненавидел, а признавать достоинства врага тоже надо уметь. Иначе это может стоить тебе жизни. Не в этом случае, конечно, в других.

— Ты так и не узнала, что стало с твоими родителями?

— Нет. Но я знаю, как этого добиться.

— Как же?

— Нужно просто стать достаточно сильной, и вырвать ответы из главы Рода!

— Э-э, он же ничего плохого тебе не сделал.

— Не сделал. Но вполне возможно, что родители погибли из-за него.

— Понимаю, — я действительно ее понимал. Я ведь сам иду в Аракас, чтобы отомстить за маму. — Но ведь он глава Рода. Его культивация должно быть очень высока…

— Так оно и есть. Не знаю, какая именно, но он точно превзошел Небесную Твердь.

Лина посмотрела на меня и неожиданно улыбнулась:

— Не ты один берешься за невыполнимые дела!

— В твоем случае — очень даже выполнимое.

Девушка рассмеялась.

— Это ты сейчас признал, что твое — действительно невыполнимое?

— Вовсе нет, просто… А ладно, один — ноль в твою пользу!

— То-то же! Кстати, солнце скоро сядет. Надо бы найти место для ночлега. И мне еще нужно будет освоиться с новыми силами…

— Да, точно. Мне же еще «Рассветную Тень» тренировать. Закат — самое подходящее для этого время.

— Закат? — Лина недоуменно на меня посмотрела, — но почему тогда тень рассветная, а не закатная? И что это вообще за тень?

— На рассвете тоже. А что за тень — увидишь!

— Хорошо.

Место для ночлега мы нашли быстро. Просто свернули с дороги в прилегающий к ней лес и немного углубились в него. Подходящая полянка обнаружилась метрах в пятистах от дороги. Можно было заночевать и в самом лесу, под деревом — крупных хищников здесь давно выбили — но в лесу Рассветную Тень не попрактикуешь.

Оставалось совсем немного времени до того, как солнце сядет, так что я сразу принялся за тренировку Рассветной Тени. Не следовало делать это в присутствии посторонних, но Лина уже не была посторонней.

В последний раз, когда я ее тренировал — еще до боя с обращенными — я мог продержаться две минуты при перерыве в минуту. Или полторы — с перерывом в пятьдесят секунд.