Папины хлопоты

Только слева от меня возле низкого прямоугольного домика, скорее всего казармы, шла нешуточная схватка.

Двухметровый амбал с головы до пят защищённый доспехами возглавлял кучку наёмников. Прикрываясь прямоугольным щитом и не подпуская к себе гномов, он размахивал моргенштерном с шипастым шаром на цепи. Прямо при мне одного из наших бойцов зацепило ударом, осколки брони брызнули в разные стороны и Добур оттащил беднягу на безопасное расстояние.

В руках моих оказалась приготовленная к бою бутылка с зажигательной смесью, и, скользнув под серебряный росчерк разрезавшей воздух цепи, я ударил ногами в нижний край щита, отчего противник, чтобы удержать равновесие, на мгновение открылся.

- Ааааа! – крик боли, группа потеряла лидера и рассыпалась, став лёгкой добычей гномов. Сам рыцарь, проткнутый сразу тремя мечами, упал на колени в лужу собственной крови.

«Ещё немного, ещё чуть-чуть!» - повторял я про себя, втыкая в бедро шприц с обезболивающим, когда мы, опрокинув охрану донжона, расстреливаемую со стен орками, ворвались внутрь башни.

БАМ! – арбалетная стрела, отрикошетив от стены, угодила в меня. Шлем слетел с головы и, громыхая, укатился за угол. Сдержав приступ тошноты, я ввинтил своё тело между защитниками лестницы, нарушая их строй орудуя одновременно кинжалом и кулаком в драконьей перчатке.

Рофур, Добур и другие гномы старались от меня не отставать и своими короткими, широкими мечами кололи и рубили врага, заливая узкую лестницу кровью. Здесь не было криков боли и проклятий, только стиснутые от напряжения зубы и тяжёлое дыхание сражающихся не на жизнь, а на смерть противников, не намеренных уступать друг другу.

Мой клинок раз за разом опускался и поднимался, разыскивая уязвимые места в броне наёмников и, когда мне не хватало места в этой свалке я просто отталкивался ногами от каменных стен, опрокидывал защитников замка вниз молясь, чтобы самому не оказаться под стальным катком катящихся за мной гномов.

Эти три этажа спиральной лестницы, наверное, добавили парочку седых волос на мою голову.