Змей Горыныч

У него есть ещё одной тайное логово. 

Вскоре они подошли к самой обычной избе, расположенной недалеко от городских стен. Огонь совсем не затронул её, здесь было тихо и спокойно, словно никаких сражений тут и не происходило. Никита и Николай вошли в избу и увидели лежащего в постели Пафнутия. Лицо колдуна было в синяках и ссадинах, но он был здесь ни один, рядом с ним в постели лежала женщина средних лет, лицо её так же было изуродовано синяками и кровоподтёками, а в глазах застыло выражение страха.

- Никита, это ты, - радостно встал с постели колдун, - как я рад тебя видеть.

- Это кто такая? - спросил Никита, указывая на несчастную женщину.

- Это моя гостья, жена одного моего знакомого. Однажды он нанёс мне оскорбление, теперь пришло время платить по счетам. Богатыри заперли меня, но не очень надёжно. Я смог наведаться к ним в гости.

- Ты убил её мужа?

- Конечно, ведь он был нашим врагом. Теперь его дом и жена – мои. Разве нет, Никита?

Кожемяка переводил взгляд с довольного лица Пафнутия на полное отчаяния и мольбы лицо его жертвы.

- Разве нет, Никита? - ещё настойчивее спрашивал Пафнутий.

И тут Никита не выдержал, схватил его за горло огромной рукой и, повалив на постель, слегка придушил.

- Ты что, Никита? - хрипел колдун.

- Почему ты не сказал, что у Змея есть ещё одно логово? Где я теперь буду искать его? 

- Я не знал, Никита, клянусь тебе!

Кожемяка отпустил его, Пафнутий уселся на постели и принялся тереть свою больную шею.

- Так узнай, - приказал ему Никита, - иначе я отдам тебя богатырям. Запомни, Пафнутий, ты жив, пока от тебя есть прок. От тебя был прок, когда ты был пленным. Докажи мне, что ты мне ещё нужен. Найди мне тайное логово Змея Горыныча, или ты мне станешь не нужен.

- Я найду его, - проговорил Пафнутий с полным преданности и боли выражением. - От меня будет прок, богатырь. И от меня будет прок ещё раньше, потому что то, что я хочу тебе сообщить, принесёт прок всем, особенно тебе.

- Так говори, не тяни.

- Позволь мне потолковать с тобой наедине.

Мгновение Никита колебался, почему-то этот колдун, предавший своих, был ему теперь невероятно противен.

- Ладно, - произнёс, наконец, Кожемяка, и они отправились в другую комнату.

- У Змея Горыныча есть много золота, - шептал Пафнутий, - и оно где-то здесь, в посаде, всё он увезти не смог. Это несменные богатства, которые, говорят, ему передал сам Симаргл.