Цена свободы

— Они же его убьют! — Элен потянулась к луку. — Ну сейчас я им…— Элен! — мать преградила ей путь и схватила руками за плечи.— Мама, это неправильно! Они бьют твоего мужа, моего отца на глазах у всей деревни, а мы сидим тут и ничего не делаем. Это позор! Они же относятся к нам как к скоту, уже который раз нарушают договор и являются за данью раньше времени, притом что мы вообще не должны им платить.— Вмешаешься — Сильвиан всю деревню вырежет, — мать все еще безнадежно пыталась остановить дочь, а Хавенел наблюдал за избиением беззащитного человека.

Он ощущал странное чувство: будто это уже было тогда, много лет назад, в юности. Он был слаб, его сковывал страх и собственная неуверенность, все, что он мог — это молча наблюдать. Но ведь теперь все иначе: тело его окрепло, выдержало тяжелейшие тренировки, покрылось шрамами, побывало в боях. Почему он все еще стоит здесь и все так же молча наблюдает?— Хорошие же из вас старосты, — Элен решительно шагнула вперед, отодвинув рукой мать. — Тоже мне, хранители традиций и устоев! — она уже ступила за порог, но Хавенел схватил ее за руку, очень крепко и дернул назад. — Элен, не лезь, сиди здесь. Я разберусь.— Хавенел, не надо, прошу вас! — мать попыталась остановить и его.— Ваша дочь права, этих псов лучше остановить, иначе они убьют вашего мужа.Хавенел накинул капюшон, спрятал лицо за маской, открыл дверь и исчез за порогом дома, в свете золотистого заката, освещающего улицу.Деревня будто опустела, лишь в окнах домов изредка мелькали то ли удивленные, то ли испуганные лица. Трое мужчин, так увлеченно, с каким-то особым садистским удовольствием избивающие валяющегося на земле и даже не пытающегося сопротивляться Ачима, не обращали внимания ни на что. Их не отвлек даже громкий стук дверью, специально сделанный Хавенелом.— Эй, собаки, хорош его пинать, — крикнул им Хавенел.Они остановились и голодным взглядом посмотрели на него, словно звери.— О, ты что за крендель? — сказал один грубым, хриплым голосом. — Ребята, он по ходу не понял, куда попал. Это Кайвенгерн — край свободы, повторю: с-в-о-б-о-д-ы, значит, бью кого хочу и делаю что хочу. Правильно я говорю, мужики? — обратился он к своим сообщникам и пнул Ачима под дых. Тот застонал, как щенок, и скорчился.— Оставь его, — спокойно сказал Хавенел.— А что, хочешь с ним местами поменяться, а? Ну так прошу, мы будем только рады!Все трое разбойников рассмеялись.— Я-то дань вам не плачу, можете и убить, если, конечно, получится.