Хранители хаоса

Улыбка ее была милой, но немного грустной.

Воображение Йова подвело. Девушка оказалась гораздо красивее, чем он ожидал. Идеальные пропорции лица, чистая и гладка, как шелк, кожа, маленькая родинка на правой щеке, прямой изящный носик, круглый подбородок с крохотной ямочкой. Неудивительно, что именно она пришлась по вкусу Морку. В глубине души ученик магистра даже ощутил укол ревности за то, что столь прекрасное создание не делит с ним семейный быт, а занимается таким непристойным делом. Но чтобы он себе ни воображал, женитьба – не его удел.

– Рад нашему знакомству. – Йов чуть склонил голову в знак почтения. Обычно он не разменивался на подобные жесты, но сейчас все почему-то происходило само по себе. – Я Йов из Михнора.

– Если вы все же желаете прибегнуть к моим услугам, то придется вас разочаровать – сегодня я не принимаю клиентов.

– Нет, нет. – Йов резко замотал головой. – Мне нужна только информация.

Куртизанка удивленно повела бровью.

– Тогда вам лучше обратиться к Мамаше Ильге.

– Она послала меня к вам.

– Да? – Изящная бровь снова удивленно вскинулась. – В таком случае, чем я могу вам помочь?

Главное теперь – не спугнуть птичку, подумал Йов. Задавать вопрос в лоб о клиенте, тем более таком, как Морк, – верх бестактности. Прислужницы домов терпимости ревностно блюдут закон о неразглашении сведений о клиентах, поэтому вряд ли она что-то скажет. Нужно подойти с другой стороны, используя слабые стороны Шиалы, одну из которых ученик магистра уже разглядел.

– Вы, наверное, уже поняли, что я маг, – сказал Йов, глядя прямо в синие глаза куртизанки.

Девушка опустила взгляд на амулет, висящий на шее незнакомца, и кивнула. На лице отразилась легкая тревога.

– Так вот: я самый несчастный маг на всем Кантаре. – Йов постарался изобразить грусть.

Губы Шиалы чуть растянулись в улыбке, тревога стала быстро таять. Когда жалуешься человеку, тебя перестают опасаться – эту истину Йов уяснил уже давно.

– Что с вами случилось? – спросила куртизанка.

– Я… даже не знаю, поймете ли вы меня… – Он покачал головой. Актерскому мастерству он никогда не учился, но магистр Булфадий порой говорил, что у него определенно есть талант. – Вы когда-нибудь кого-нибудь любили?

Лицо Шиалы озарила добрая, понимающая улыбка с легким оттенком грусти.

– В моем ремесле такая роскошь не позволительна, но я… – Она умолкла и отвернулась.

Йов глубоко вздохнул.

– … я знаю, что такое любовь, – закончила она.