Хранители хаоса

– Слова выплевывались отрывисто, будто волоту было тяжело их произносить. Чего не скажешь о действиях. Одной рукой Ибрагил с легкостью поднял работорговца за шкирку, как котенка, и поднес к своему огромному лицу. – Когда-то ты плевал мне в лицо. Избивал, морил голодом, всячески издевался. Тогда, наверное, ты и представить не мог, что наступит день, когда я смогу ответить тем же.

– Ты... ты... – Голос Малькона дрожал. Тело задергалось, работорговец упорно старался вырваться.

Йов тем временем сложил руки у груди, прислонился спиной к косяку двери и с ленивым интересом следил за развитием событий.

– Ты... я... тебя... – невнятно мямлил раскрасневшийся от натуги Малькон, раскачиваясь на могучей руке Ибрагила, словно грузило на удочке.

В комнате прозвучал раскатистый хрип собираемых в глотке слюней. Губы волота шевельнулись, собирая вязкий снаряд в комок. И тут же вся эта текучая масса со свистом выплеснулась на лицо Малькона.

– Твою мать! – Униженный рабовладелец, брезгливо сморщив лицо, начал работать рукавами, пытаясь стереть густую слизь.

– Как же я давно мечтал это сделать, – с легкой улыбкой произнес Ибрагил, отшвырнув недавнего хозяина в сторону.

– Иногда мечты сбываются... – пожал плечами сероглазый, повернулся к выходу и через плечо бросил: – Ты закончил?

Волот подхватил огромную дубину, взвалил на плечо. Подобрал какие-то безделушки со своей лежанки, сунул в позаимствованный у Малькона мешок, с довольной ухмылкой взглянул на Йова и сказал:

– Да.

Вскоре они покинули апартаменты рабовладельца, сопровождаемые безудержной, но почти неслышной бранью Малькона.

[1] Вестники смерти – мифологические слуги Итхишора, повелителя Низшего Мира.

Глава четвертая

Глава четвертая

Нондер Сумасшедший

Город Хэнш, королевство Людвин

8-ый день месяца Восхода Солнца

2891 г. от ЯБТ

Зал Правосудия был полон народа как никогда. Те, кого не пустили внутрь, заглядывали в узкие оконца, ругаясь и отталкивая друг друга. Еще бы! Такое зрелище пропускать неразумно. Ведь именно сегодя судили Нондера Сумасшедшего, злого гения, унесшего на погост не один десяток человек, как, впрочем, и спасшего не меньше жизней.

Так, во всяком случае, думал Нондер.

– Я требую тишины в зале! – раздраженно рявкнул судья, пожилой мужчина в красном кафтане с двумя черными полосками и белом парике с завитушками, и звонко постучал изящным молоточком по бронзовому блюдцу.