Хранители хаоса

За катаны Бен-Саллен не схватился, но руки были готовы оголить мечи в любую секунду.

Из-за обилия мелких и крупных трещин лицо женщины, как и любую другую часть тела, было уже не разглядеть. Весь «гроб» зарос «паутиной». Затем громко звякнуло, и монолит рассыпался тысячами мелких белых осколков. Однако, женщина, вопреки ожиданиям следопыта, не рассыпалась вместе с хрустальной глыбой. Она зашевелилась, привстала, а потом резко, но не без грации, вскочила на ноги.

Внутри Бен-Саллена все похолодело от изумления. Он только что стал свидетелем воскрешения из мертвых, при условии, конечно, что женщина была мертва, а не просто «заморожена» в этой глыбе хрусталя.

Женщина осмотрелась, обратила внимание на чаши с пеплом от роз, и выражение лица ее поменялось – от спокойного к тревожному. Взгляд перекинулся на хрустальные осколки у ее ступней, а потом на Бен-Саллена. Осмотрела его с головы до ног и что-то тихо проговорила. Следопыт не разобрал слов, но по интонации догадался, что это был вопрос. Он открыл рот, но не проронил ни слова.

Женщина опять что-то произнесла, на этот раз медленнее и чуть громче. Язык чем-то отдаленно походил на Общепринятый, но явно им не являлся. На старотошийский, из которого следопыт знал чуть больше сотни слов, он тоже похож не был.

– Доброе утро, миледи, – выдавил из себя Бен-Саллен, поздно осознав всю глупость сказанного.

Женщина нахмурила брови, уголки ее рта чуть натянулись то ли в улыбке, то ли от удивления.

– Ты говоришь на Общепринятом? – произнесла она с легким акцентом.

Услышав знакомую речь, следопыт взял себя в руки.

– Я-то говорю, а разве не должен?

– Простолюдины почти не общаются на нем. Кто ты такой? Из какой провинции?

Бен-Саллена вопрос озадачил, но он быстро сообразил, что для женщины, видимо, время остановилось, и она по-прежнему считает, что Царство Богоподобных Творцов не стерлось с карты Кантара. Разочаровывать ее не хотелось, но врать не имело смысла.

– Я тошиец. А вы… вы одна из Богоподобных Творцов?

Женщина снова нахмурилась.

– Как ты попал сюда? – проигнорировав вопрос, спросила она.

– Через вход внизу башни. Еле нашел его.

– А как ты прошел через… Постой… – Женщина подняла ладонь, вновь осмотрела зал, ее брови сдвинулись еще сильнее. Бен-Саллену показалось, что так ее лицо стало выглядеть лет на пять старше.

– Вы… – открыл было рот следопыт, но женщина махнула рукой, давая знак, чтобы он замолчал.

– Какой сейчас год?

– Две тысячи восемьсот девяносто первый.