Хранители хаоса

Но лишь для того, чтобы ударить с новой силой. Порыв был таким, что даже будучи привязанным, Йов пошатнулся так, что едва не упал. Это сбило настрой, и корабль стал снова заваливаться на бок. Но ученик Хранителя Барьера не растерялся – превозмогая сопротивление воздуха, он снова поднял руки и с помощью телекинеза принялся поворачивать барк в нужную сторону. Зубы он стиснул так, что челюсти захрустели. Скулы свело судорогой. А из носа закапала кровь. Первые капли унес ветер, а потом хлынула целая струя. Но Йов ни на что не обращал внимания.

Мозг сдавило невидимыми тисками, в глазах запрыгали разноцветные круги. Ученик Хранителя Барьера даже перестал понимать, где находятся верх и низ. Но все еще держался.

Корабль перестал заваливаться на бок. И начал выравниваться. Медленно, но верно.

Йов трясся, как иссушенный временем старик. Лицо его стало серым и сухим, на лбу и над глазами появились тонкие борозды морщин.

Безжалостная стихия все же уступила воле человека – Булфадий начал ее полноценно контролировать. Ветер из шквального стал просто сильным. Йов сразу почувствовал это, а еще он ощутил, что в нем не осталось ни капли магической энергии. Даже жизненной едва хватало на то, чтобы дышать. Бросив последний взгляд на лежащую ровно линию горизонта, он в бессилии уронил голову на грудь и провалился в омут тьмы.

Открыв глаза, Йов не сразу сообразил, где находится. Полумрак, легкий запах благовоний, приглушенный плеск волн. Приподнявшись на локтях и оглядевшись, он вспомнил, что с ним случилось. Сейчас он лежал на койке в своей каюте, куда его, должно быть, перенесли, когда он потерял сознание.

Надо думать, они справились.

Йов снова лег на спину и облегченно вздохнул. Да, они справились. По-другому и быть не должно. С этими благими мыслями он и уснул.

Через несколько часов ученик Хранителя Барьера вместе с магистром и капитаном стоял на верхней палубе и, прикрыв ладонью глаза от назойливых лучей солнца, вглядывался в горизонт.

– Это купол. Близко мы не подходили, поэтому могу только догадываться, что он накрывает весь остров, – прокомментировал Зигмунд и усмехнулся. – Блестит как стекло.

– Околос, – тихо, почти шепотом, изрек Булфадий и покачал головой, словно не веря своим глазам.