Хранители хаоса

Геркил вскрикнул, лютня выпала из рук, он зажмурился и прикрыл глаза ладонями. Присел, словно укрываясь от стрел.

– Какого хрена? – процедил сквозь зубы моряк. – Ты… ты ослепил меня! – Ярость в голосе уступила место бешенству.

– Нет, – ровным голосом произнес магистр. – Ты не ослеп, а лишь немного дезориентирован. Ты должен успокоиться.

– Сука! – выплюнул матрос, поднимаясь на ноги. – Хрена с два я успокоюсь!

Талли воспользовался ситуацией: подобрал лютню и спрятался за спиной Булфадия.

– Клянусь богами, я достану тебя, чародей! Проберусь в каюту ночью и задушу как негодного щенка.

Булфадию начало все это надоедать.

– Послушай меня, моряк, – проговорил он спокойно. – Я не из тех магов, которые бросаются на каждого, кто скажет им слово поперек. Я пропущу мимо твою угрозу. Потому что понимаю, что сейчас твой разум затмил гнев, и ты не отвечаешь за свои поступки. К тому же я понимаю, что ты нужен нам, поэтому убивать тебя не стану. Но у меня тоже есть терпение, и оно не бесконечно. Я с легкостью могу лишить тебя дара речи или слуха.

Геркил убрал ладони от лица. Начал щурится и часто моргать – зрение, видимо, стало возвращаться. Лицо его по-прежнему искривляла гримаса гнева, но в глазах поблескивали и искорки разума.

– Этот мальчишка подвел нас. Из-за него погибло девять хороших моряков, моих близких друзей.

– Я не знал, что пение привлекает этих тварей, – раздался голос из-за спины магистра, и звучал он уже намного тверже.

– Это кара небесная! Кара за то, что мы взяли этого выродка на борт. Не нужно было его спасть! Если его сейчас же не вернуть туда, откуда мы его подобрали, то нас снова ждет наказание.

– Не думал, что ты такой набожный, Геркил, – произнес Зигмунд. Он не спеша спускался по лестнице. Стук его шагов словно происходил из иного, более спокойного мира.

– Капитан, это все он. Все беды из-за него. – Штурман указал пальцем на Талли, робко выглядывающего из-за плеча магистра.

– Приди в себя, Геркил. Шторм тоже забрал две жизни, но парня тогда не было на борту. Нападение кер – случайность, хотя и крайне неприятная.

– Но они слетелись на его гребаную музыку и пение!

– Это все выдумки таких дуралеев, как ты, Геркил. Мать твою, почему я должен с тобой спорить?! Иди помогай матросам.