После рассвета

Когда телега поравнялась с женской фигурой, кучер зафыркал, неуклюже начал натягивать поводья и чуть не потерял широкополую шляпу – свое единственное спасение от непогоды. На козлы вывалился грубо выкованный кинжал.– Эх, етить! – мужик потянулся за оружием, чтобы пристроить его обратно за пояс, – я-тыть думал, опять мародеры приставать будут, а тут погляжу – девица! Здорова будь.– И тебе свободной воли, добрый человек. Подбросишь путницу?– Ну и голосок у тебя – что утренняя птичка поет, – удивился мужик, – А куда бредешь?– Вперед, – задумчиво ответила девушка, – до города бы добраться.

Я заплачу, у меня есть пара свободных монет.– Забирайся, за так отвезу – от меня не убудет.Мужчина похлопал лошадь по крупу.– И от этой клячи старой тоже, хехе. Только смотри там-тыть, груз больно ценный.Стоило воительнице забраться в кузов к компании бочек, телега просела в грязи чуть ли не на локоть. Мужичок хмыкнул, но ничего не сказал, и со скрипом они тронулись дальше.Попутчик оказался разговорчивым и при этом, удивительно для селянина, очень деликатным. Выяснилось, что направляется он в Гельвехт, что до города сутки езды, но из-за непогоды груз опаздывает к сроку. Мужчина рассказал, мол, каждый месяц поставляет вино ко двору какого-то влиятельного городского аристократа, и не хочет разочаровывать покупателя. Судя по всему, тот обладал недюжинно скверным нравом. Настолько, что одного имени хватало для бездонного испуга в глазах окрестных бандитов – переходить дорогу правителям Гельвехта не хотел никто. Мужика звали Вебор, и ни дождь, ни распутица не мешали ему отвлекаться от управления на разговоры с попутчицей. Телега шла вязко, тяжело, и, кажется, мужик успел рассказать большую часть своего заурядного жития. Он аккуратно спросил девушку про меч. В отличие от доспехов, спрятать его никак не представлялось возможным. Собеседники сошлись на том, что «сейчас такие уже не делают», и что Вебору тоже неплохо бы поменять свой, «тыть», кинжал.– Тебя-то как зовут, девонька?Она задумалась. И тут же отвлеклась: лошадь почему-то резко запахла псиной.«Нет, это не лошадь». Девушка резко выпрямилась, шерстя глазами кромку леса. Телега покачнулась.– Эй, ну-ка аккуратнее там с бочками!– Тише, Вебор.– Чего такое-то, деточка? – мужчина натянул поводья, и повозка нехотя встала.За мшистой зеленью деревьев замелькали тусклые огоньки глаз, и в дорожную грязь вывалилась мощная исковерканная фигура в рванье. Кажется, это был человек. Человек зарычал.