Гримуар II

И вот в лучах закатного солнца сверкнули огоньки в глазах у ослабшего старика.

— Быстрее начни дуэль, Гримм. Он тянет время. Если умрет до поединка — тебе не будет засчитана победа и тогда… У него наверняка есть козырь в рукаве. Просто покончит с собой. Надо остановить его, — горячо зашептала Сяо Ян, вытаскивая веер с клинками. — Стой на месте, старик.

Мкабба встал между ними и процедил в лицо девушке:

— Еще один шаг, и твоя голова окажется на пике у ворот Дистопии.

— Ты больше никому не указ…

— Почему вы молчите?! — заорал я.

Почему меня охватила тревога? Ведь это обычный НИП. Почему он напомнил мне деда? Ведь между ними не было ничего общего. Почему хочется плакать? Ведь дед погиб от старости в окружении любящих его людей. Ведь у него не могло быть такого же взгляда! Ведь не могло быть ощущения, что человек прощается без сожалений.

— Почему вы молчите?

Уильям Беркли прошел к краю балкона, всматриваясь в толпу. Шум и гам поутихли.

— Ты расстраиваешь меня, внучка.

Сяо Ян не промедлила ответить:

— Ты мне вовсе не дед…

— Не родной.

Но когда-то ты называла меня дедом, помнишь?

Беркли замолчал. Из его голоса пропала былая удаль и высокомерие. Еще вчера он был могущественнейшим пиратом в мире, а сейчас стал… стариком. Не только лишился сил и всего, на чем строил свою империю, но и остался на самом краю громадной скалы, что зовется жизнью. На самой ее вершине.

— Юноша, я не всегда был тем зазнавшимся засранцем, которого ты встретил три месяца назад. Когда-то и у меня горели глаза при новых встречах.

Когда-то и я шел с высоко поднятой головой, мечтая о чем-то далеком, недостижимом. Все вокруг твердели: «Хватит, оставь эти сны». Но я упрямо шел вперед, — Беркли осторожно обернулся, глядя мне прямо в глаза. — Через волны и грозы, несмотря на буйство небес и морей, несмотря на увечья и потери. Бодрым шагом бежал по тропе, не оборачиваясь. А люди, что были со мной с самого начала, отстали. Остались где-то позади.

Он вновь отвернулся к окну и замолчал. Возможно, не знал, что сказать, возможно, не хотел продолжать.

Морщинистые костлявые пальцы со всей силы сжали деревянные перила. Но те ничего не почувствовали.

— Они остались где-то, а я и не заметил. И вот я на вершине. Мечта стала явью. А что делать дальше? Не стоять же на месте. Я продолжал бежать в полном одиночестве, а мимо проносились новые лица. Каждого из них я не замечал и не воспринимал всерьез. Почему? Причина в далеком прошлом, что, я думал, что оставил позади. Но оно меня не отпустило.