Робокол

Стросс с недоверием переспросил, при чем здесь строители, и сделалось понятно, что всей истории у лейтенанта нет. 

Диме удалось отвести тему в сторону и сбить уставшего Стросса с колеи. Лейтенант собирал силы, чтобы казаться внушительным, и грозно предупредил, что беседа не окончена. Контратаку предпринял Дима:

— Лейтенант, куда мы так торопимся?

Пока британец шел к двери, он пару секунд раздумывал, но пешку в итоге сдал. Зевнув, лейтенант сказал, что капитан Коай должен подтвердить все сказанное Димой.

В дверь просунулась удивленная физиономия Яна. Парень опасался, что Стросс околдован и обращен в зомби. Маленькая радость прояснила славянскую физиономию: все в привычной форме. В каюту ворвался ночной прохладный воздух, и все поняли, что тут следует почаще проветривать. Без опасения Стросс поставил иллюминатор в полуоткрытое положение, подошел, развязал Диме руки и, не сказав больше ни слова, удалился. Яна за дверью сменил новый караульный, по речи которого Дима не догадался о его национальности и решил отложить знакомство до завтра.

Ночью его кто-то отчаянно будил. Отделенная от него железным столом, на металлическом стуле, повернутом спинкой вперед, сидела Лойя. 

Проникла

— Ты? — Дима стал различать знакомые черты. Но женщина молчала. По скрытому ночным мраком лицу было не разобрать, хочет ли она реванша, злится ли за бессердечный поступок нахала, толкнувшего ее в лапы врага. 

— Я объясню, ты не злись… я же понимал, тебе пара пустяков сбежать отсюда, а мне… мне теперь непонятно что светит.

— Практическое Дао отличается от теоретического, — последовал короткий ответ. 

Диме показалось, что Лойя улыбнулась… ну, или сдержала улыбку. Он подумал с досадой, что, если женщина сразу простила, это хуже; это значит, что она уже придумала, как отомстить.

Не тратя времени, Лойя потребовала рассказать, как умерла Анн. Весь допрос лейтенанта она была поблизости, увиливать было неразумно.

— Анн моя знакомая… — начал Дима, упомянув, что она жена его друга и трагически погибла при затоплении от прорыва дамбы. Дима проходил по этому делу как свидетель. Так получилось, что он вытащил ее ребенка; вода захлестнула их дом в низине, Анн нигде не было, а дитя плакало. Потом, как полагается, завели дело.