Робокол

Дима же попал на корабль случайно и непредвиденно, хотя до этого два года вел из Германии всю документацию на корабль, зная посудину под другим именем. Про свое преступление он умолчал, но догадывался, что женщина уже что-то подозревает.

— Любопытно, — после паузы произнесла Лойя, — я упоминала о взаимодействии добра и зла, о постоянном перетягивании каната между ними. Благодаря этой игре мир выглядит так, как мы видим его сегодня. Если один человек мерзнет, другой в это время изнывает от жары. Могло быть так, что ваше тепло взял тот человек, о котором вы ни с того ни с сего начали рассказ, хотя я спрашивала о вас?

Дима замешкался, ведь сам он не мог взять в толк, почему вдруг завел речь о Рауле.

— Откуда мне об этом знать? Рауля я не видел с того самого дня, как сошел в Миязаки. Все! Давайте не будем об этом, весь кайф от вашего чая прошел, теперь я начинаю мерзнуть… Скажите, можно это вылечить насовсем? Здорово поможете, если найдете лекарство! 

— Я не могу вмешиваться, такие случаи, как у вас, очень-очень редки; случайно, из-за ошибки они не происходят.

— Если считать заданием то, что я оказался здесь, познакомился с вами — тогда да! 

Тут Диму посетила внезапная мысль. В отличие от предыдущих идей, эта не вызывала сомнений. Дима предложил Лойе самой связаться с «Робоколом» и проверить свою теорию.

— Как же я ее найду, где? 

— Интуиция, мадам, вы же мне про нее говорили, — Диму, несмотря на озноб, окатила волна счастья — он оказался на коне! Но мадам пришлось нелегко: она обиделась, и это пришлось от иностранца скрывать. 

Лойя поспешила уйти, захватив с собой пустой термос, а обидчик укутался в одеяла и стал пробовать интенсивно двигаться в постели. Тепло понемногу возвращалось. Разгадка его исцеления лежала на поверхности: отныне ему надо будет начать двигаться, осваивать ненавистный с детства спорт.

Лейтенант Стросс застал Диму за выполнением простых физкультурных упражнений прямо посреди каюты. Вслед за белобрысым лейтенантом вошли Длинный и Красный. Дверь за ними закрыли на ключ.

В одиночку

Первое, что Дима осознал, — это что теперь Лойя отсутствует, а значит, поблизости нет свидетеля, который может пригодиться в будущем.