Боги и Свершения

В следующий же момент он был на ногах, бережно придерживая футляр со своим арбалетом, который успел заблаговременно отработанным движением вернуть на место перед началом ближнего боя с четвероногим монстром. Окрасившаяся красным трава у его ног свидетельствовала о том, что каждое из копий нашло свой участок, чтобы попасть: от неприятеля по существу ничего особенно и не осталось, лишь серые очертания на ледяных остриях.

- Бить, ты еще жив? – спросил Гедемин, вытирая выскочивший со лба пот.

- Грр… - Бить не ответил. С чавканьем он продолжал терзать плоть поверженного соперника, привстав на четвереньки. В таком облике он был похож на напавших волков даже больше, чем они сами.

 - Мы выиграли, - констатировала Гарда сухо. Она, как и Гедемин, уже привыкла к подобным чертам их товарища. Впрочем, ластриец проявлял свой звериный характер лишь в сражениях, в обществе удивляя приятелей по гильдии своей начитанностью, особенно удивительной для демона его породы.

- Гх… - приподнимаясь, начал произносить что-то Бить. Его руки оторвались от земли, ноги неуверенно скользили по скользкой от крови земле, когда нечто большое, больше даже ластрийца, молниеносным движением оказалось позади него, выскочив из лесной чащи.

Покрытая свалявшейся шерстью рука обхватила его ногу, и как пушинку, отбросила тело в один из ближайших стволов, который тут же разломился надвое.

Серая, в слоях грязи, шкура обтягивала костлявое, но жилистое тело. Длинные руки свисали до земли, оканчиваясь нездорово большими когтями, которые в диаметре превышали даже пальцы, из которых росли. Но страшнее всего были глаза, глубоко посаженные в продолговатом черепе, они светились живым, холодным умом, так не похожем на ту злобную сущность, что просачивалась сквозь глазницы волков, с которыми им пришлось сражаться до этого.

- Оборотень, - прошептала Гарда, ее голос преисполнился еще большей твердостью.

- Дракон меня раздери, волколак…

Времени на приведение арбалета в боевое состояние не оставалось, да и в принципе на что-либо.