Ключ Гиброима

— резко возразила Сагмира (таково было настоящее имя Чёрного Ястреба).— Мой вопрос!

Дарик никогда не говорил имя учителя, но давал понять, что это волшебник достойный заседать в Великом Диване. Простой люд относился к таким если не с любовью и уважением, то с почтением и опаской.

— Эмир покинул Альмадин со всем войском,— объяснил он.— В городе только стража и сотня-другая катафрактов. Прекрасная возможность поквитаться со старым врагом.

Багаутдин запыхтел, усы его воинственно встопорщились. Глаза разбойницы заблестели радостным предвкушением.

И в них запылало демоническое пламя, когда Дарик оттянул ворот кафтана, доставая два туго набитых мешочка.

— Тут сто дихремов,— сказал он и перекинул оба Сагмире.— Учитель велел передать, что ты получишь ещё пять таких кошелей, если выполнишь для него одно дело.

Она ловко поймала их на лету.

— Ха! Что я должна сделать? Наверняка его интересуют какие-нибудь древние пыльные свитки из библиотеки эмира?

— Эта вещь хранится в бетеле Руздат-Аллут…

***

Назыман Руздат-Аллута едва доставал макушкой до плеча Феранору, но недостаток роста сглаживался огромной чалмой, придававшей ему сходство с грибом-дождевиком.

Ещё у него было широкое, заросшее кучерявой бородищей, лицо, похожий на картофельный клубень нос и толстая короткая шея. Чёрную смоль лица подчёркивали белые крупные зубы, которые назыман демонстрировал в тяжёлой удивлённой улыбке.

— Ты… Ты не должен быть здесь сейчас,— выдавил он, блуждая глазами по сторонам, будто искал нечто в комнате.— Клянусь Алуитом, я ждал тебя после празднеств!

— Я смог приехать быстрее,— сказал эльдар и коротко поведал о своих злоключениях по дороге.

Жрец слушал его с такой болезненной миной, как будто у него резко прихватило все зубы.

— Но у меня не готово! — воскликнул он и нервно прошёлся по комнате из угла в угол.

Остановился, посмотрел на эльдара и сказал:

— Разве Коэнна не говорил тебе? Вещь, которую ты должен забрать — реликвия Руздат-Аллута! И сейчас празднества в честь неё! Сегодня мы празднуем Кхорасан — день обретенья ключа, которым авастар Гиброим запер в Преисподней Алала.

Каждый день, в течении всех празднеств, мы выносим его из дверей и демонстрируем верующим как знак того, что Алал по-прежнему под замком, а Всевышний не отвернулся от нас.

Он подошёл к узкому окошку и жестом подозвал Феранора к себе.

— Взгляни.

Эльдар увидел кусочек храмовой площади. Людское море разливалось по ней от края до края. Оно шевелилось, перекатывалось волнами, в такт молитве.