Божественный рассвет

— Где тот, кто спас меня и заменил отца? Где тот, кто воспитывал меня? Где тот, кого я когда-то называл... отцом? Где он?!

— Бай Хуа. — Мягко сказал Тай У, спустившись по ступеням к Богу Земли, и положил белую ладонь на темные волосы. — Все мы меняемся. Не стоит держать в сердце прошлое. Отпусти и прими настоящее таким, какое оно есть. — Тай У сдержанно улыбнулся, чувствуя, как по его щеке скользнула слеза. — Учитель пережил тяжелую трагедию. Все ждали, что он станет непревзойденным Князем Демонов и рано или поздно придет мстить.

Но он избрал другой путь. И я горжусь им. И ты тоже должен. На самом деле за этой улыбкой скрывается боль, ненависть, обида, страдание. Он пытается унять все это и ты должен ему помочь.

Бай Хуа поднял на Правителя затуманенный взгляд.

— Помочь? — прошептал он. — Как?

— Просто. — Улыбнулся Тай У, погладив темные волосы. — Просто будь рядом, как и прежде. Я не стану больше доставлять беспокойства. Я люблю Учителя и не желаю ему смерти или заточения в горе. Придет день и всем остальным надоест гоняться за ним.

В том, что произошло, есть огромная доля нашей вины… Всего Пантеона Богов. Это мы сделали его таким и обратили против себя.

Тай У стер ладонью мокрую дорожку и вернулся на трон, приняв отстранений вид.

— Вам следует поторопиться. Люди взывают к богам, но они их не слышат. Это неправильно.

Бай Хуа низко поклонился и поспешил покинуть главный зал. Сегодня он слишком устал. Настолько, что готов завалиться спать как простой смертный.

Глава 4. Огонек темной души

— Невероятно! — засмеялся Цин Лун.

Мальчик, что сидел напротив, лучезарно улыбнулся, держа в чистых ладошках камешки.— Давай еще раз.

Ребенок показал два камешка на ладонях и сжал, чтобы секунду спустя показать абсолютно пустые руки. В глазах Цин Луна был детский восторг – камешки исчезли! Удовлетворенный реакцией, ребенок сунул руки в волосы Цин Луна и достал камешки.

— Как ты это делаешь? Твой отец заклинатель? Он научил тебя этому?

Мальчик замахал головой и подергал короткие рукава своей рубашки.

Он показал, как ловко прячет туда камни и достает обратно.

— Ах, это фокус! — понял Цин Лун и посмотрел на свои широкие рукава. У него так не получится. — А ты еще что-нибудь умеешь?

Ребенок подмигнул, показал камешек, закрыл его второй ладонью, а открыв, оказалось, что внутри уже не камень, а кусочек маньтоу.

— Как ты это сделал?! — Восхищенно спросил юноша, посмотрев на сумку, что лежала у двери. — Воистину золотые руки. Еще бы узнать, как твое имя.