Деревянный меч. Поиск пути

Он заполнил собой все небо – или то, что представилось Кенету небом.

Сначала Кенету показалось, что рассвет начинается у самых его ног. Огромный рассвет – синий, яблочно-зеленый, белесый, розовый и бледно-золотой, и больше ничего, кроме рассвета. Потом Кенет различил линию, рассекавшую рассвет пополам. Потом понял, что линия эта – горизонт, и ниже горизонта – не небо, а вода. Кенет никогда не видел столько воды сразу и вдобавок без берегов. Ему показалось, что вся эта чудовищная масса воды стоит стеной, даже нависает над ним, и он невольно отшатнулся и вскинул руки, чтобы защитить голову, когда стена воды обрушится на него.

– Вот это и называется море, – довольно засмеялся дракон. Золотые колеса дрогнули и обрушились в рассвет.

Кенет прерывисто вздохнул.

– Тебе понравился рассвет на дюнах? – улыбнулся дракон и поправил складки на шелковом рукаве.

– Ты тут живешь? – хрипло спросил Кенет.

Глаза юноши сияли, щеки пылали от восторга.

– Нет. Только когда хочу вспомнить юность, – снова улыбнулся дракон. – Люди не могут жить в воде, а я ведь женат. У меня и имя есть, как у человека – Хараи. Пойдем ко мне. Отдохнешь, переночуешь. А уже потом можно и в Каэн.

– Странное дело, – сказал Кенет, спускаясь вслед за драконом по мягкому песку, – в уставе для магов сказано, что зверь дракон – это что-то очень нехорошее...

– Так ведь не дракон, Повелитель Молний, – ответил ему Хараи, – а "зверь дракон".

– А какая разница?

– Зверь дракон – это тот, кто перестал быть драконом. Так же, как Инсанна перестал быть человеком.

Глава 11. ТРИБУНАЛ. Часть 1.

В Каэн Кенет вступил отдохнувшим, сытым, веселым и полным сил. Сутки, проведенные им в гостях у Хараи, вспоминались с удовольствием.

Кто его знает, какой дом держит дракон в своем истинном облике на дне морском, но в его человеческом жилище хозяйство было поставлено на широкую ногу.

У дверей Кенета встретил Аори и двое его младших братьев. Самый младший сын Хараи туманным облачком парил над колыбелькой.

– Обычно я не разрешаю детям принимать свой второй облик при гостях, – извинился Хараи, заметив изумление Кенета, – но у малыша режутся зубки. Отчего-то у вас, людей, это происходит очень болезненно.