Волчьи тропы

На лавках стали появляться просыпающиеся, перед которыми трэли со времени пира предусмотрительно расставили ряд высоких запотевших кувшинов. Густое терпкое пиво тут же полилось в рога и высокие деревянные кружки, среди поднимающихся над столами лиц Миха заметил Харальда, Хельги и Орма. А еще через несколько минут угнетающего молчания, наполненного лишь шорохами одежды и стуком лавок, кузнец понял, что сейчас его разглядывают без малого все присутствующие в зале. Торбранд толкнул локтем Атли и тот, что-то нечленораздельно бормоча, с трудом приподнял из-под стола великана с детским голосом.

– Рёрик ярл сказал мне, что ты предъявляешь свои права на найденный у контрабандистов компьютер? – в наступившей напряженной тишине спросил конунг.

– Эта вещь принадлежала моему убитому другу...

– Ты хотел получить за нее деньги?

– Он хотел.

– Ты знаешь, что это? – в ответ Миха честно замотал головой. – А откуда она?

– Мой друг, – подземник сглотнул предательский комок, – был рейнджером. Он принес ее... его из шахт на юге, откуда-то с Алтая, – по северянам побежал неразборчивый ропот и шепотки, а ярлы и Торбранд молча переглянулись, – больше я ничего о ней не знаю. До недавнего времени я вообще не знал, что это древний компьютер.

Викинги негромко переговаривались над столами, обсуждая услышанное, что, вероятно, произвело на них какое-то определенное впечатление.

– Я скажу свое слово, – четко и громко сказал он, обращаясь сразу ко всем, – ноутбук был отнят моими людьми у контрабандистов, а значит, принадлежит раумам, как и они сами. Тебе, дверг, нельзя не согласиться с подобным, ибо это разумно. Но если эта вещь окажется нужной и полезной нам, я обещаю отдельно одарить тебя за нее.

Подземник скользнул настороженным взглядом по дружинникам, кивающим головами. Возразить?

– Скажи, – спросил конунг, неожиданно придав тону спокойно-вкрадчивые нотки, словно демонстрируя перемену темы, – ты сегодня хорошо спал, дверг?

Все замерли и Миха замер тоже. По выражению лиц, по внимательным взглядам и позам он понял, что все до единого сейчас понимают, о чем дальше пойдет речь. Кроме него, конечно...