Неживой

Душевная болезнь внезапно поразила сильного и здорового человека. Ни история его рода, ни его биография, ни ранние наблюдения за ним не показывали к этому никаких предпосылок. 

Загадка. 

Двойник Горана, сына этого старика, вышел неплохим, как и обещали хранители Тайн. Он перенял даже «привычку» навещать «отца». Однажды проследовав за двойником, он открыл для себя это уединённое и уютное место, которое решил в последствии использовать для своих медитаций.

Но с каждым визитом, он всё больше отвлекался и посвящал времени изучению старика.

В рамках курса души и разума, что ему преподавали в Академии, ему довелось увидеть немало душевнобольных, привозимых со всего света и щедро предоставляемых хранителями Тайн... из числа тех, кому эти самые тайны не пошли на пользу.

Может быть, Тайпену это только казалось, но старик отличался от них. По движеньям его глаз, расширению зрачков, сбивчивости дыханья и едва заметным движеньям рук, Тайпен сделал вывод, что виденья носят достаточно необычный характер и слишком упорядочены для чего-то, что может давать воспалённый разум.

И поэтому Тайпен тратил время на практики, которые бы позволили ему заглянуть за грань доступного обычному человеку. Попытки были тщетными, но Тайпен всё равно продолжал их, отнеся к некоему виду отдыха, способному отвлечь от текущих задач и впоследствии проработать их более эффективно.

Лжегоран обошёл несколько кругов по помещению, провёл рукой по пыли на подоконнике, кинул несколько грустных взглядов на отца и покинул его покои.

Тайпен последовал за ним. 

Лжегоран не обращал внимания ни на посланника Империи, ни на его вездесущих рыцарей, слуг и доносчиков, чем выгодно отличаясь от своего оригинала. Не прерывая традиций, Лжегоран спустился вниз, прошёлся по улочкам и двору замка, приветствуя своих «подданных» и подался в тронный зал, дабы отзавтракать и заняться «важными» государственными делами. 

Не смотря на ранее утро, у входа его уже ждала делегация из недовольных бояр. Не обращая на них внимания, лжекнязь поднялся по лестнице и уселся за стол, ожидая пока подадут еду и напитки.

И лишь когда еду принесли, его мертвенная маска царившая на лице, сменилась на недовольство и он махнул дружинникам, чтобы те пропустили просящих.

— Князь! — один из бояр вышел вперёд, поклонился, сжал в кулаке свою шапку, громким, но подрагивающем голосом начал: — Небеск так и не вернулся, князь! Он увёл с собой сотню наших бояр и от них так и нет вестей.