Неживой

— Я давно перестала чувствовать тот источник, словно меня отрезало от него. До того, как со мной случилось это, я должна была укреплять землю и оберегать её. Ты думаешь теперь эта земля отвергает меня? 

— Да.

— Но почему?! — гостья крикнула и расстроилась. — Я же служила ей так долго! Она не пустит меня?

— Нет. Только если ты откажешься от своей силы. Но для тебя это будет означать смерть. Слишком слабо твоё тело.

— Это несправедливо...

— Да, — согласилось Древо. — Это несправедливо. Мои корни уперлись в эту землю и я чувствую как они хотят расти дальше, но не могут, болят и зудят от этого.

— Что? — гостья впервые посмотрела на Древо настороженно. 

— Это очень древняя история. О той земле и почему мы не можем на неё ступить. Ты обратишься в прах, прежде чем я буду на середине. Всё это время я искал ключ и никак не мог найти. Но однажды течение одной непокорной реки принесло ко мне кое-что получше. Того кто знает, как устроен замок.

— Я не понимаю.

— И не нужно. Ярр сможет пройти там, где не сможем мы. Более того, он проложит путь. Ты сможешь отомстить. Это ответ на твой вопрос, что делать с Ярром. У него будет цель, чтобы идти вперёд. Мы отправим его за тем, кто сжёг тебя. И посмотрим как он справится.  

Глава 11. Ярр

В последний раз он горел. Языки пламени обнимали его тело, кололи иглами каждую клеточку, слизывали плоть с костей, заползали в глаза, отнимали у него жизнь. Это был единственный вид смерти, где нельзя было чётко отделить агонию и предшествующие ей мучения.

Как обычно, с последним его судорожным вздохом, он ощутил падение и мелькающее вокруг тёмное пространство, словно если бы его сбросили в колодец без дна. Падение было долгим, и как обычно оно закончилось ударом о землю, ощущением боли, тяжести и удушья. Каждый раз он выползал из тёмной, тесной и зловонной дыры, голый представал пред миром. 

Таков был акт его перерождения.

Он завыл вновь. От того, что его снова убили, и от того, что он снова жив, от боли, обиды, голода и… непонимания.

Ветер качнул ветки, и солнце проникло сквозь плотные верхушки деревьев. Теплые лучи попали на его чёрную кожу и обожгли, он зашипел и бросился в укрытие. Забился между поднявшимся из земли корнём могучего дуба, подтянул колени к животу, обхватил их руками, уткнулся головой. И заскулил.