Пасынки Гильдии

Крыша, на грайанский лад плоская, была аккуратно выметена и уставлена ящиками, в которых росла какая-то зелень и неяркие осенние цветы. Но Шенги интересовали не эти свидетельства домовитости здешней хозяйки, а две очень неприятные вещи. Во-первых, люк, ведущий на чердачную лестницу, был распахнут. Во-вторых, возле этого люка топтался некий тип потрепанно-бродяжьего вида, наружности весьма примечательной: с плоским теменем и почти без шеи, словно его сверху крепко приплюснули кузнечным молотом.

Грабитель при виде Шенги едва не спрыгнул обратно на чердак, но снизу уже доносились голоса погони.

Охотник поспешил принять командование на себя.

 – А ну, люк закрыл, живо! – приказал он вполголоса. – Наставим сверху ящиков, чтоб не выломать было...

Сказано это было негромко, но выразительно. «Приплюснутый» испуганно дернулся, грохнул тяжелой крышкой и вцепился в ближайший ящик. Шенги поспешил ему помочь. В четыре руки они забаррикадировали люк – и вовремя: снизу в него крепко ударили.

 – Дальше куда? – тихо спросил «приплюснутый».

Шенги подумал, что союзник, хоть и временный, заслужил шанс на спасение.

 – Я поведу переговоры. Попробую объяснить этому дуралею, что я тут ни при чем. А ты поди вон туда. – Шенги кивнул в сторону края крыши. – В рост не вставай, со двора заметят. Вдоль крыши – карниз, широкий такой. Растянись там и лежи тихо, как дохлый голубь. Я тебя не выдам.

 – Ага...

Тут Охотник вспомнил мертвую служанку и темный след через всю кухню, от двери до окна.

Шенги повернулся к люку, который вздрагивал в такт ударам, и возвысил голос:

 – Эй, «крысоловы»! Я хочу говорить с... – Охотник не сразу припомнил имя своего вчерашнего неприятеля. – С десятником Мрабишем. Я...

Что – «я», Шенги не успел объяснить, ибо краем глаза увидел, как тень, комочком сжавшаяся на темной крыше, вдруг распрямилась, приняла очертания человеческой фигуры, резко взмахнула рукой.

Забыв о переговорах, Шенги упал набок, перекатился, уходя от узкого и длинного ножа, снизу вверх ударил ногами, угодил каблуком в пах «приплюснутому». Тот взвизгнул, согнулся пополам, хватая ртом воздух. Нож куда-то улетел. Удар по ногам – грабитель растянулся ничком и замер, почувствовав у горла когти.

Шенги склонился над человеком, который только что пытался его убить:

 – Это что за пляски на лужайке? Ты чего железом размахался?

 – Ярвитуш...