Пасынки Гильдии

 Старший сообщник, ухватившись за подоконник, легко подтянулся и последовал за ним.

В тот момент, когда руки грабителя легли на подоконник, Рашшута узнала этого человека – и даже взвизгнула от изумления.

Ах, вот это кто мародерствует, пользуясь беспорядками в городе! Не зря, стало быть, про него вчера всякие мерзости рассказывали... мол, из-за него в порту корабли со всеми матросами сгорели...

Но что же делать? Соседи – люди почтенные, надо бы им помочь... Приказать, что ли, Битюгу, чтоб взял дубину потяжелее да сходил через дорогу, заступился?

Ну нет уж! Отправить из дому единственного охранника? Дуры-рабыни и так пищат от страха! Да и вообще в такое скверное время лучше не отпирать дверь дома.

Зато можно открыть ставни, когда мимо пройдет стража. Ведь пройдет же рано или поздно! Обязательно пройдет, вон какие поблизости безобразия творятся, наверняка стража завернет на улицу Старого Менялы.

И не будь она, Рашшута, честной вдовой смотрителя таможни, если не распахнет окно и не расскажет «крысоловам» о двух грабителях, забравшихся в дом уважаемого и богатого торговца парусным холстом!

* * *

Кухня, в которую через окно попали Шенги и Дайру, была чистенькой и уютной.

Но непрошеные гости не взглянули на выскобленный до белизны деревянный стол, на выметенную из очага золу в корзинке, на тщательно вымытые плиты пола.

Оба видели только тянущийся по этим плитам темный след. И тело женщины, грудой осевшее у самого окна.

Судя по одежде – служанка. Маленькая, хрупкая, как кузнечик.

Как же хватило у нее сил с раной под лопаткой проползти через кухню, отпереть ставни и дважды позвать на помощь? Вот только распахнуть тяжелые ставни женщина не сумела, лишь приоткрыла.

Шенги нагнулся, тронул левой рукой Жилу Жизни и мрачно качнул головой. Да, тело еще не успело остыть, но помочь несчастной было уже нельзя.

Дайру стоял с ремнем в руке, спокойный и собранный. Короткий взгляд на учителя, глаза в глаза. Эти двое поняли друг друга: да, мы не уйдем отсюда, пока не разберемся, что творится в этом доме!

Юноша двинулся было к высокой дубовой двери, распахнутой в темный коридор, но Шенги тронул его за плечо и взглядом указал на другую дверцу – узкую, обшарпанную.

Дайру стиснул зубы. Несмотря на серьезность ситуации, он чувствовал стыд: не взглянуть, что оставляешь за спиной!

Он приоткрыл узкую дверь, убедился, что за ней никого нет, быстро осмотрел небольшой тесный коридорчик: слева – запертый чулан, впереди – дверь черного хода.