ТАЭ ЭККЕЙР!

Одна только Рассветная Башня чего стоит!

— Надеюсь, — сухо ответил Эннеари после недолгого молчания. — Надеюсь, что увижу. Но ты мне все-таки расскажи, откуда он взялся. Из какой раковины твоя жемчужина выкатилась.

— Так я и рассказываю, — миролюбиво ответил Лерметт, решив не обращать внимания на выходки склочного эльфа: мало ли каким тоном с устатку можно заговорить — так ведь не обижаться же всякий раз. — Риада тоже город красивый и не из бедных. Одним словом, хорошая добыча... если ты, конечно, понимаешь, о чем я.

— Вполне, — отозвался Эннеари. — Нищий городишко с полуразваленной стеной захватить легче, да кому он нужен? А вот ради богатого города стоит и повозиться.

— Верно, — кивнул Лерметт, позабыв, что идущий впереди эльф не увидит его движения. — А тогдашний король Найлисса, не к ночи будь помянут... ему бы не на троне, а на скамье подсудимых сидеть, да и то много чести.

— Ого! — хмыкнул Эннеари с сомнением.

— И вовсе даже не ого. Кровавый палач, трус и вдобавок дурак. Не знаю, чем бы кончилось его царствование, когда бы не война.

— Любишь ты своего предка, однако, — заметил Эннеари.

— А он вовсе не мой предок, — жестко возразил Лерметт вслух, а про себя добавил: "Во всяком случае, не прямой".

— И что же такого натворил не твой предок? — поинтересовался Эннеари, перескакивая через узкую трещину. Лерметт закусил губу и аккуратно перешагнул ее — из чистого упрямства.

— Едва не погубил королевство, — ответил он. — Это шестьсот лет тому назад было. Единственный случай, когда степняки едва не взяли верх. Нахлынуло их тогда столько, что теперь с трудом и верится. Но ведь не одним только числом воюют.

— Конечно, — уверенным тоном знатока заявил Эннеари, не видавший на своем веку ни одной войны, ни даже сражения. — Если найти слабое место...

— Именно, — подхватил Лерметт, знающий, что такое война, отнюдь не понаслышке. — Было слабое место. Ты угадал.

Лерметт примолк на мгновение. Сухой воздух царапал горло — не горный воздух, степной, пахнущий пылью, полынью и лошадиным потом. Степь Лерметт знал. Знал он и расположение войск во время той, давней, шесть веков тому назад состоявшейся битвы. Он словно бы воочию видел выгоревшие на солнце стяги, усталое колыхание копий и горестное недоумение на лицах ветеранов, услыхавших совсем не тот приказ, которого они ждали.