Хранитель пограничной крепости

Заметив вошедших, она отшвырнула шитье, вскочила, вытянулась, замерла. Даже при тусклом свете, падавшем из оконца, видно было, что под левым глазом девахи лиловеет громадный свежий синяк.

 – Ферчиза Лесная Яблоня, – сердито буркнул дарнигар. – Из Семейства Тагипаш... Не рискуешь на улицу нос высунуть, а? С такой-то распрекрасной физиономией...

Девица молчала, упрямо глядя перед собой.

 – Уж конечно, это ты с лестницы брякнулась? – насмешливо продолжал Харнат.

 – С лестницы, мой господин! – твердо и дерзко ответила девушка.

 – Ну-ну... Впредь поосторожнее на ступеньках, они у нас крутые... – внушительно произнес Харнат.

Выйдя из барака, Орешек фыркнул:

 – Любопытно, кто эту малютку так разрисовал?

 – Они думают, я не знаю! – усмехнулся дарнигар. – Они думают, старый пень Харнат не видит, что творится от него за три шага! А Харнат, между прочим, на драконий скок все замечает...

Он осекся, вспомнив, что говорит с Хранителем.

 – И что же видит старый пень Харнат? – поторопил Сокол.

Дарнигар молчал, все сильнее багровея. Но делать было нечего: Хранитель ждал продолжения. Он вроде не сердился, хотя одна Хозяйка Зла знает, каким в следующий миг будет настроение высокородного господина...

 – Эта корова бестолковая, Ферчиза, – неохотно начал дарнигар, – несла вчера караул в Купеческой башне. В паре с наемником из третьей сотни. Ну, они и того... – Харнат замялся, подбирая слова, чтобы не оскорбить благородный слух Сына Клана.

Тут дарнигар окончательно смешался и замолчал.

 – Поединок Мастерства под самым окном Хранителя, – услужливо подсказал шайвигар.

Орешек с удовольствием припомнил веснушчатую стриженую девушку, которая красиво уходила от атаки своего тяжеловесного противника.

 – Отлично сражается! Молодец! – похвалил он искренне.

 – Наемницы, – веско сказал дарнигар, – они, конечно, не барышни на выданье. Живут с кем хотят и когда хотят. Но они не потаскухи. У них есть гордость, есть свои понятия о чести, свои неписаные правила. И первое из них: служба – превыше всего. Они казарму с публичным домом не путают. А если какая подзабудет, чем наемница от шлюхи отличается, так ей товарки сами разъяснят, без начальства.

Орешек усмехнулся, вспомнив радужный синяк.