Хранитель пограничной крепости

Видно, правду говорил Харнат, что каждый солдат хотя бы два раза в месяц моется в бане.

Шайвигар упорно крутился возле начальства, стараясь не упустить ни одного промаха Правой Руки. Он был напряжен, как кошка, которая ловит в ручье рыбу. Вот – увидел, вскинулся, наябедничал:

 – Белый день, а солдаты факел жгут!

 – Да ладно, – мирно отозвался Орешек. – Ребята в «радугу» играют, а света маловато. Не разорится крепость с этого факела. Лишь бы пожара не устроили.

 – Слыхали? – рявкнул Харнат на застывших наемников.

И поспешил вслед за Соколом, сам не веря, что так легко отделался.

 – Да, – вздохнул один из солдат. – А мы-то собирались все тут спалить...

 – Кончай! – одернул его приятель. – Не поставили тебя с шестом – и скажи спасибо... Хороший у нас Хранитель, не цепляется, как репейник.

 – А как мечом орудует, вы утром видели? – восторженно подхватил третий наемник...

А Хранитель, о котором сейчас по-доброму говорили в казарме, подходил уже к последнему, девятому бараку.

 – Это женский, – пояснил дарнигар. – Там наемницы живут, их семнадцать.

Хранитель остановился:

 – Погоди, почтенный Харнат, не сходится... На сколько человек рассчитан барак?

 – На три десятка.

 – Тесноты я там не заметил...

 – Какая теснота! Там человек по двадцать пять живет.

 – В этом – семнадцать. А бараков – девять. Никак три сотни солдат не наберется, если подсчитать.

Харнат напряженно думал. В устном счете почтенный дарнигар явно не мог блеснуть мастерством.

 – А! – сообразил он наконец. – Так ведь не все живут в бараках! Многие семьями обзавелись, дома поставили... Это вроде не запрещено? – добавил он встревоженно.

 – Не запрещено, – авторитетно подтвердил Орешек, который не имел ни малейшего представления о правилах проживания солдат в крепости. – Сколько всего воинов в гарнизоне?

 – Двести девяносто шесть, – молниеносно ответил дарнигар.

В женском бараке все было так же, как и в мужских, но Орешку показалось, что здесь чище и прибраннее, – может быть, потому, что мужчина бессознательно ожидает от женщины тепла, уюта и чистоты, даже если эта женщина таскает на поясе тяжелый меч и с утра до вечера упражняется на плацу в стрельбе из арбалета.

Барак был пуст: наемницы были в бане. Лишь одна крепкая, плечистая, как мужик, деваха со схваченными в узел черными волосами сидела на нарах и ставила заплату на холщовую рубаху.