Жажда магии. Господство Альянса

Будущая война — одна из немногих возможностей для поколений, рожденных после раскола мира, познать настоящие сражения. Завоевание Нордскола этого не дало. Слишком слабым было сопротивление его жителей. Разве что крепость Зул Драк смогла недолго противостоять наступлению Альянса, но именно, что недолго. Однако грядущая война обещала быть совсем иной. По крайней мере, война с силитидами. От племен троллей не ожидалось серьезного сопротивления. Обдумав все это, я дал ответ:

      — Хорошо, ты примешь участие в войне.

Я поспособствую, чтобы твоя часть была направлена в бой. Но воевать будешь с силитидами — если хочешь противника, сравнимого с демонами — лучше них не найти.

      Возможно, такое решение могло показаться странным, ведь я направлял своего сына в самое опасное место из возможных, однако Гвэту действительно необходимо было приобрести опыт. Ведь у меня не было сомнений — когда начнется новое вторжение Пылающего Легиона, для выживания потребуются все силы, все мастерство.

      — Ну, а хорошие новости у тебя есть? — спросил я, и Гвэт уверенно кивнул, с наслаждением набрасываясь на мясо.

 *** 

      Комната была погружена в мягкую, обволакивающую темноту, которая нарушалась лишь отблесками огня из камина. Глубокие тени падали на стены, увешанные оружием, травяной настил, покрывавший пол, на женскую фигуру, застывшую в плетеном кресле напротив камина. Темнота охватывала сжатые на подлокотниках кресла руки, напрягшиеся плечи, обрисовывала изящный изгиб шеи и поднималась к застывшему в напряжении лицу.

      — С ним все будет в порядке, — тихо прошептал я, касаясь губами виска Майев.

      — Я совершенно не волнуюсь, — ответила она, но тело жрицы все еще было застывшим в напряжении.

      — Ты волнуешься за Гвэта, — заметил, опуская руки на плечи жрицы и начиная испускать токи магии, делая массаж. Я уже давно привык к тому, что Майев в любой ситуации старается быть несгибаемой и твердой, никогда не демонстрируя слабость.

Даже мне. Особенно мне. Я привык различать ее эмоции без всяких слов, впрочем, как и она мои, а уж догадаться о том, что вызвало ее беспокойство на этот раз, было тем более просто.

      — Он может погибнуть, — прошептала жрица и склонила голову к плечу, прижимаясь к моей руке. Меня она не осуждала, понимая причины такого решения, но беспокоиться от этого не переставала.