Жажда магии. Господство Альянса

Окрашенные странным бежевым составом стены и пол полностью скрывали их материал, мебель была явно вывезена из прежнего дома и не потерпела никаких изменений, находясь внутри можно было бы и вовсе забыть о том, что дом находится на Дреноре, если бы не вид из окна. Сидящий в удобном кресле Велен также не претерпел изменений с прошлой нашей встречи, разве что внутренне был куда более спокоен. Он явно испытывал любопытство и не пытался его скрывать.

      — Приветствую тебя, Иллидан Ярость Бури, пусть дорога твоя будет легка! — встретил меня предводитель дренеев традиционным приветствием своего народа.

      — Пусть и к тебе будет благосклонна Элуна! — разумеется, благосклонность чужой богини дренеям была не нужна, но и я не собирался в путь, а потому мы были квиты. К тому же, я намерен был провести разговор как можно более откровенно, не пытаясь понравиться своему собеседнику.

      — Благодарю, я буду рад ласковому взгляду вашей богини, — с улыбкой ответил Велен, после чего поинтересовался.

      — Всего лишь разговор о будущем.

      — Разговор? Не попытка заключить союз? — удивился Велен. Вернее, его голос выдавал удивление, что же чувствовал он сам, я не имел ни малейшего понятия.

      — Разговор. Я просто хочу узнать ваши планы на время, когда в этот мир вторгнется Легион. Что теперь случится без всяких сомнений. Ведь ваш добрый друг Кил`Джеден не оставит дренеев в покое, верно?

      Лицо дренея нисколько не изменилось, даже в эмоциях остался покой.

      — В настоящий момент дренеи находятся в союзе со Штормгардом и потому наши действия будут обусловлены их позицией. Что касается прихода Легиона… Демоны пришли бы в этот мир в любом случае. Раньше или позже.

      — Вот как? Но что, если Легион вторгнется в Нордскол или Калимдор? Вы придете нам на помощь?

      — Это будет зависеть от многих обстоятельств. В том числе и от позиции, которую займет наш союзник, Штормгард, — безмятежно ответил Велен.

      Я едва удержал спокойное выражение лица при этом ответе, ведь, по сути, он прозвучал как отказ.