Пророчество Сингамара

Расторопный мальчуган из-за стойки тут же подскочил к ним.

Пока Снатог распоряжался, что нужно принести на обед тяжеловооруженным «мирным путникам из Марфера», Юнора смогла разговорить худощавого темноволосого парня. Это был сын хозяина, который с трудом узнал девушку спустя два года ее отсутствия в городе. Записав заказ, парень улыбчиво отстранился, пообещав Юноре позвать своего отца.

Через некоторое время вернулись оба. Отец, копия сына, только старше да крупнее, нес поднос с четырьмя тарелками каши с мясом.

Юнора приветливо улыбнулась подошедшему мужчине, который, поставив поднос на стол, распахнул руки в объятиях.

– Юнора! – закричал он на всю таверну. Схватив девушку в объятия, он практически поднял девушку со скамейки. – Ты куда запропала! Как поживаешь? Что нового? Ты так повзрослела! Ты была у родителей? Они только что были у меня!

– Нет, дядя Гедан, еще не успела. Мы только с дороги и сразу решили подкрепиться. Знакомься, это капитан Снатог Старгонский, главный воевода и начальник стражи в Марфере, а это…его подчиненные.

Юнора познакомила Гедана с воинами, затем рассказала о том, что произошло нового за два года ее проживания в Марфере. Выслушала ответную историю о новостях Хота и о жизни семьи Гедана, о процветании его таверны, так удачно построенной на главной городской дороге.

– Ладно, – начал вылезать из-за стола Гедан, – не буду вам боле докучать, отдыхайте. Вино бесплатно, в честь встречи.

Все четверо сдержанно кивнули в благодарность и продолжили трапезу.

Еще до заката четверка добралась до дворца. Телегу отогнали к конюшням, а тело серокожего воины держали на носилках. Снатог приметил, что воины у него крепкие, но под весом орка морды у них покраснели.

Огромный дворец, покрытый белой глиной, возвышался над всем остальным городом. Даже башня магов, едва видимый из этой части города, уступал царскому в высоте.

К крыльцу вела мощеная дорожка, с обеих сторон закрытая невысоким каменным забором, покрытым мозаикой.

Оба бойца остались с караулом у ворот, а Снатог с Юнорой прошли внутрь. Пол дворца был устлан коврами, а на стенах висели большие лоскуты синей и серой ткани, под цвета Хотии. У стен, на каменных постаментах, стояли жаровни.