Чужие лабиринты. Шанс

Погибать нужно на правильной стороне. Если придется погибать...

 – Все правильно, – пророкотал хранитель, словно ее мысли для него открытая книга.

Толчок в спину, и ведьма едва не распласталась на траве у холма-храма дареев: толстенный реликтовый ствол Грань-дерева закрывал весь обзор. Его вершина скрывалась в облаках, а его корни – путь в чертоги к Сердцу этого мира. Мелодичный хрустальный звон полупрозрачных листьев вытеснял любые звуки, не давая ориентироваться на слух.

Надо осмотреться, но она не успела.

«Проклятье!»

Ведьма рубанула ладонью по невидимой петле, освободила ноги, откатилась в сторону, вскочила и замерла в глухой обороне в кольце активированной защиты.

Ветвистая молния с шипением иссякла в «радужной сфере» защиты, горящие копья осели пеплом вокруг. Земля под ногами дрогнула и трещиной распахнула голодный зев, чтобы поглотить, замуровать, изничтожить.

 – Может, хватит?! – рявкнула Мара, с усилием сращивая земляной «рот».

 –  Ма’дика?! – удивленный выкрик со спины, очень знакомым голосом, сильно порадовал. Тратить силы на защиту от «дружественного огня» – это бред!

Атаковать перестали, и ведьма медленно повернулась, прекрасно понимая, что защиту убирать не стоит.

За спиной обнаружился верховный жрец – старый, упертый, вредный, подозрительный и злопамятный – в окружении младших жрецов и группы воинов. Мечи, копья, топоры, стрелы. Все нацеленно на ведьму, и только одна радостно ухмыляющаяся морда портила «встречающим» серьезность момента – Да’барт, былой соратник и… хороший любовник.

 – Явилась! – скривился верховный. – Никогда тебе не верил. Ты умрешь!

Так и хотелось отбрить упертого жреца чем-нибудь из обоймы: «не суди всех по себе», но цепляться со старым параноиком ей сейчас не с руки, потому, игнорируя крик, ведьма спросила Да’барта:

 – Если пришлые умрут, справитесь?

 – Да, но…

Жрец перебил воина:

 – Тебе не добраться до нашей святыни! – заорал старик, вскинул руки и между ними стал формироваться шар ослепительного света.

«Пора валить!» – по спине прокатились льдинки. Этот маразматик запросто поцарапает ей шкурку так, что останется только добить. Здесь, в месте средоточия силы святыни, он почти всесилен, потому и не воюет на передовой, оставаясь последним бастионом на пути вторженцев.

 – Там, – бывший соратник сориентировался мгновенно, указав направление.