Ученик тёмного эльфа

Когда же он был найден, пришлось идти обратно, показывая дом злокозненных «Гулей». Хорошо хоть начальник стражи оказался мужем опытным и мудрым – что к чему разобрался сразу и даже не пытался обвинить ребят в убийстве «честных граждан», как это предположил один из «приглашённых» по пути свидетелей. Когда же в саду были найдены массовые захоронения человеческих останков, а тем более в дальнем подвале обнаружен страшный ледник, все возникшие к ребятам вопросы отпали сами собой. Они были с благодарностью отпущены, и даже больше: начальник стражи дал им двух провожатых со строгим указанием сопроводить к дому оракула.

Халасан – каменный дом оракула по имени Хасман Абдусаим Смурной не слишком отличался от других окружающих его домов, разве что в окнах были вставлены настоящие Белозёрские стёкла да обрамляли их резные наличники. А так дом как дом, сразу и не скажешь, что живёт в нём тот, чьёго слова страшатся сильные мира и на кого уповают отчаявшиеся.

Дверь оказалась не заперта. После яркого света дня сумрак помещения казался чернильной тьмой.Едва войдя вовнутрь, Талай ощутил себя так, будто он вновь вошёл в крохон – в ту самую пещеру, в которой нет места магии. Но магия никуда не делась. Талай по-прежнему видел потоки силы, обвивавшиеся вокруг вышедшего им навстречу древнего старика, видел небогатое убранство комнат, видел стол со стоявшей на нём пиалой, низкое плетёное кресло, большой горшок с цветущим развесистым деревцем, видел… Одним словом, в потоках сил изменений не было, так что, конечно, никакого крохона здесь не было - вот только сознание Талая окутало ощущение защищённости и успокоения.

-Кто пришёл в обитель мою? – странно было слышать этот вопрос от всевидящего старца. 

-Талай - сын Асмодея и Алистейль - дочь… 

-Довольно, - оракул прервал говорившего Талая и взмахом руки словно развеял отделяющую его и ребят преграду. Тотчас ощущение защищённости исчезло, Талай почувствовал себя словно стоящим на холодном ветру и одиноким – одиноким, и лишь вдалеке едва видимым светлячком виднелась девичья фигурка.

-Я вижу печаль в ваших глазах! – надтреснутый голос, казалось, достиг самых потаённых глубин сознания. - Не нужно быть оракулом, чтобы увидеть это. Не нужно быть оракулом, чтобы понять причину этой печали.