Красный Камень Каррау. Каррау I

Я повернул руку так, чтобы она стекала Акраму в приоткрытый рот. 

Давид оттолкнул мою ладонь – кровь выплеснулась на стену. Я выпрямил правую руку, с зажатым ножом, в его сторону.

– Ты не представляешь, что натворил. – Прошептал я. Стараясь не обращать внимания на то, что спутники Давида уже держат меня на прицеле, ожидая только его кивка. 

– Он же сожрать тебя пытался!

– Он заставлял себя убить! И ты сделал это… а теперь уйди, будь добр. Пока я не передумал.

Боаз в теле Акрама заставлял себя убить. Нет, он убил бы меня, поняв, что я этого не сделаю – Давид спас мою жизнь.

Но я его не просил. Как и он меня, впрочем. Давид убил Акрама, чья тень почему-то мне повиновалась.

Мое единственное оружие.

Убил Акрама и освободил Боаза, застрявшего в теле немертвого. Не уверен, но могу предположить: ларва проглотила демона, но не успела или не смогла расщепить. Боаз в миллиард раз сильнее паразита, но сейчас оказался связанным. И ждал нас здесь – меня, или кого-то другого, кого можно использовать как сосуд, чтобы ускользнуть от ларвы.

А затем вырваться, конечно. И Боаз теперь свободен. Совсем свободен. 

Давид отошел. Беседа вполголоса – между ним и товарищами. Я не вслушивался. Я нараспев звал дух Акрама, вливая в имя остатки своей силы, все, без жалости. Выжимая её, как старый мех. Стискивая кулак, чтобы кровотечение не останавливалось, и вкладывая призыв в кровь. Я звал Акрама, как зовут духов – зная, что это место, где призывать духов, тем более кровью, плохая идея. Других идей все равно у меня не было.

В ответ на каждое слово призыва тень Давида дергалась, будто от вспышек молнии.

Младший из компании обошел меня со спины. Замахнулся – я видел движение, но не мог шевельнуться сейчас – и ударил. Всё потемнело.

Я не терял сознания. Я слышал, как товарищи спорят. Чувствовал, как меня подхватили под руки и потянули. Подошвы цеплялись за каждый выступ, замедляя движение.

Те, что меня волокли, побежали. Вывернутые руки болели. Всё еще было темно, и тело не подчинялось.

Они бежали – и нечто преследовало их. Я не слышал, но чувствовал стелющееся внимательное присутствие. Зная взгляд хищника, ни с чем его не перепутаешь. Нечто шло по их следу.

Меня уронили. Я успел услышать гул в голове, прежде чем отключиться полностью.

Давид молился на латыни. 

Он произносил не всю молитву, а лишь одну повторяющуюся вновь и вновь фразу, как будто забыл остальные, но боится остановиться. Четко проговаривал каждое слово. Выдерживая паузы.