Лунный князь. Беглец

- Собери живых. Не будем ждать Гончаров.

Он прикрыл глаза. Я подумал, что он умер, но веки старика снова поднялись, и князь почти без хрипа, на одном выдохе произнес:

- Жаль, поздно свиделись, внук. Ты мне понравился. Крылатый… вот ведь как бывает… 

- Однокрылый, - горько признался я.

- Отрастишь еще… - успокоил он, вышибив всего двумя словами слезы из моих глаз. Он, умирая, утешал! Человек – меня, демона по сути! 

«Так чей же дух сильнее?» - вдруг оглушила мысль.

Пока рыцарь Ольхан собирал отряд, я поговорил с двумя новыми дарэйли, оставшимися с нами.

По их словам, подменить меч мог один из рабов Сьента: Парк, дарэйли круга форм. Но оба единодушно утверждали, что Сьент на такую подлость не пошел бы. Более того, именно Верховный приказывал не причинять вреда князю Доранту. И никто из них не заметил в княжеском отряде ни еще одного Гончара, ни неизвестного дарэйли. Оставалось поискать самому, если предатель не сбежал под шумок.

Дарэйли отошли к самой первой расщелине, созданной Ксантисом и поглотившей их товарищей, и бросали угрюмые взгляды на «земляного».  Ксантис, пробормотав, что вот знал бы, как обернется, не стал бы врагов так глубоко закапывать, побрел к ним. Его самого шатало от перенапряжения и я, вспомнив слова Ринхорта, что исчерпавший силу дарэйли умирает, поспешил за ним:

- Подожди, Ксантис! А как возможно передать силу от одного дарэйли другому?

- Только через жреца.

Он проводник.

- Но вы же кладете друг другу ладони на плечи, объединяя силы! И близнецы гасят силу друг друга. И две стороны одной силы тоже гасят, если становятся дарэйлинами. Значит, передаете.

Он задумался.

- Действительно. Но я никогда сознательно не забирал силу другого. Только разрушал, бывало, но за счет своей силы и разрушал.

Граднир, которому явно понравилась идея, пресек сомнения:

  – Так. Ксантис, дай мне передние лапы. Райтэ, отойди, тобой рисковать не будем.

 

Оба моих вассала сели наземь, их ладони легли на плечи друг друга, и я заметил удивительную вещь: через несколько минут сосредоточенного молчания оба словно посвежели, а у Граднира морда начала лосниться, как после удачной охоты.

Он едва не мурлыкал, а хвост аж завибрировал от избытка сил, и я испугался, что он выкачал Ксантиса полностью. Но земляной встряхнулся и легко вскочил на ноги, не менее довольный.