Лунный князь. Беглец

«Ты не понимаешь, папа! Такой игрушки ни у кого больше нет и не будет, потому что он пришел из-за Врат! Он единственный!» - голос маленькой линнери я слышал как наяву, а вот образ девочки не вспоминался, потому что тогда я был так избит на допросе, что почти ослеп.

Меня поставили на ноги маги и привезли в столицу Линнерилла. Там я и вырос - в ее дворце, на ступеньке трона, которую делил с уродливым шутом к всеобщему веселью придворных. Тычки острого локтя шута еще можно было терпеть, но куда хуже был его острый язык.

Я, изгой и чужак, не имел права мстить даже самому низкородному из линнери, за это полагалась мучительная смерть.

Когда мне исполнилось десять, я убил мерзавца на глазах той, перед кем он особенно старался меня унизить. И опять Иллира отстояла мою жизнь перед своим отцом и советниками. Вот тогда мной и занялся всерьез отец королевы, решивший, что раз ему не дали меня убить, то он и его люди будут спускать с меня шкуру каждый день на тренировках. 

Сколько раз я лежал при смерти после «тренировочных» боев – не счесть.

Иллира, крадучись, приходила ко мне и целовала синяки и раны. Я уже не представлял жизни без нее, без сияющих звездами синих глаз, без прикосновений ее тонких, прохладных пальчиков к моему всегда горячему лбу.

Когда королева достигнет совершеннолетия, консорт прежней королевы-матери должен последовать за умершей супругой. И я бы с удовольствием наблюдал за казнью моего мучителя, но не успел: перед этим случилась ночь моего бегства из Линнерилла.

Ночь, когда Иллира соблазнила меня, свою неразлучную «игрушку».

Воспоминания накрыли меня, как поток лунного света. Как она была нежна! 

Но после всего она и помогла бежать. «Ты вернешься, потому что ты – мой! Ты принадлежишь нашему миру», - шептали ее губы. 

Ее лорды, и без того мечтавшие увидеть внутренности «этого урода и ничтожества» разорвали бы меня на клочки. Потому что нас с королевой застукал первый советник, почему-то посмевший войти в спальню без доклада.

И я убил его. Высшего мага. Я? Как сумел? 

  «Ну, ты и крут, Райтэ!» - фыркнул внутренний голос. Меня обожгла близость догадки, но мысль была такая же зыбкая, как лунный блик – скорее, предвкушение, чем догадка.

Если бы я мог спросить императора Ионта, какую сущность он призвал в Подлунный мир! Разгадка крылась в его душе, в его замыслах и целях. Ринхорт говорил: немалый огонь должен полыхать в душе Гончара, чтобы на него прилетела эйнера.