Приговоренный к забвению

И в полной тишине особенно громко зазвучал одинокий голос Рика, низкий и звучный:

Звоном мечей мне ответили братья,

Хором в груди моей силу даря.

Снова иду за других умирать я,

Как умирали они за меня.

Как умирали они за меня...

Открыв глаза, он вдруг увидел, что все в харчевне смотрят на него.

— Ты откуда этот куплет взял?.. Его же не было в песне? — удивленно спросил Вигге.

— Как это не было, в нем же вся суть! — возразил Рик.

И тут он понял, что больше ему пить не стоит. Последние строчки открытым текстом намекали на кровавую магию — не удивительно, что они поют эту песню без них.

— Ниче не знаю, меня научили так, — отмахнулся Рик, надеясь, что завтра об этом никто не вспомнит. Он встал, харчевня вокруг слегка покачнулась.

— Пойду я, — хлопнул он по плечу Клыкастого и направился к лестнице, ведущей на второй этаж, где в таверне располагались комнаты для постояльцев.

Но пошел Рик отнюдь не в свою комнату, а к двери командира второго отряда. После повторного настойчивого стука она, наконец, отворилась.

— Тебе чего надо? — неласково спросила Берта, удивленно и строго выгибая светлую бровь.

Глава 16. Мертвый пьяным не бывает. Часть 2

Рик все придумал еще когда поднимался по ступеням. Тогда идея показалась ему хорошей. Но сейчас, глядя в ее внимательные умные глаза, он понял, что Берта не поведется на все эти дешевые уловки с вопросами относительно боя, вдруг возникшими посреди ночи после пьянки.

— Чего хотел-то, спрашиваю? — нетерпеливо повторила девушка.

— Хотел... сказать, что ты хороша, — улыбнулся вдруг Рик, любуясь ею, как мартовским солнцем: вроде прохладное, а сколько скрытой под снегом жизни пробуждает.

Лицо Берты смягчилось, но вытянулось от изумления.

— В каком это смысле?..

Рик стал серьезен. Мысленно он уже вел рукой по ее упругому бедру, вдыхал аромат ее шеи...

— Во всех, — с катастрофической прямотой ответил он. — От пяток до макушки, от первого слова твоего заклинания до последнего.